Все считали её жениха идеальным, но перед свадьбой Ира пошла к женщине, которой боялась с детства

Ира кивнула.

— Спасибо, что вы меня выслушали. За всё спасибо.

Надежда опять улыбнулась ей с прежним теплом, однако тревожная настороженность из глаз не исчезла.

За воротами Ира повернула к остановке. Оглянуться хотелось сильно, но она удержалась: ведь обещала выполнить просьбу. Только в автобусе с неё словно спало оцепенение. Недавний разговор вдруг показался почти сном. И всё же она помнила, что была у гадалки, слышала подтверждение тому, что давно думала сама: за Павла выходить не следует. А ещё был рассказ о другом человеке, предназначенном ей. Об этом думалось с особенным интересом.

И тут Ира вспомнила про конверт. Она заранее положила туда деньги за сеанс и так и не отдала их Надежде. Знающие люди уверяли, что гадалки непременно берут плату за помощь. Но хозяйка ничего не попросила — должно быть, забыла. Да и сама Ира сидела там будто зачарованная, об оплате даже не вспомнила.

Оставить всё так было бы нечестно. Ира привыкла благодарить за сделанное для неё. На первой же остановке она вышла и пересела в автобус, идущий обратно: надо вручить Надежде приготовленные деньги. Лишь бы ещё застать её дома. Под конец разговора женщина так торопилась, словно уже собиралась куда-то.

От конечной Ира снова направилась в старые дворы. Под ногами была знакомая пыльная асфальтовая дорожка. Теперь она не опасалась потерять дорогу — ноги будто сами вели её к нужному месту.

Однако у дома она остановилась в нерешительности. Узнаваемый и одновременно чужой, он едва виднелся среди разросшейся зелени. Высокая трава, колючие кусты заполнили весь двор. За ними стоял почерневший дом с выбитыми стёклами — давно брошенный, нежилой. А ведь всего двадцать минут назад Ира видела здесь маленький ухоженный огород.

Она вглядывалась в запустение, пытаясь понять, не ошиблась ли. Но вокруг ничего не переменилось, и дом был тот самый. Среди травы виднелась беседка. Минут двадцать назад они с Надеждой сидели в этой чистой, красивой беседке. Теперь же от неё сохранился один остов.

Мимо проходила старушка с клетчатой матерчатой сумкой, по-видимому направлявшаяся в ближайший магазин. Ира обратилась к ней:

— Простите, вы не подскажете, где тут живёт гадалка? Мне говорили, что в этих дворах есть такая женщина.

— Надежда? — Старушка остановилась, оглядев Иру с головы до ног. — Гадалка Надежда здесь жила, в этом доме. И людей сюда принимала. Ты к ней за помощью хотела, девушка?

— Да, — кивнула Ира.

— Поздно пришла. Уже шесть лет, как она умерла. А по старой памяти всё ещё ходят. Слава о ней до сих пор живёт. Сильная гадалка была, только судьба у неё тяжёлая, трагичная.

— Как это — шесть лет назад умерла?

Ира не могла поверить ни тому, что услышала, ни тому, что видела перед собой. Совместить слова старушки с недавней встречей не получалось.

— А вот так. Однажды легла спать и больше не проснулась. Говорят, заранее знала, что уйдёт: с друзьями попрощалась, с соседями. Любили её здесь многие. До сих пор приезжают, как ты… Эх.

Старушка тяжело вздохнула и пошла дальше. Ира ещё немного постояла возле дома, а потом опять направилась к остановке.

По дороге домой она искала объяснение, которое позволило бы понять случившееся без всякой мистики. Постепенно сложилась версия: она разволновалась, перегрелась на солнце, и разговор ей привиделся. Тогда понятно, почему гадалка говорила именно то, что Ира думала сама. С ней беседовала не чужая женщина — так проявилось её собственное подсознание.

Оставалось имя. До встречи Ира его не знала, но, возможно, ещё ребёнком слышала от кого-нибудь. Оно могло сохраниться глубоко в памяти, а теперь всплыло. Чего только не способен придумать человеческий мозг.

Ещё полчаса назад она твёрдо намеревалась отказаться от свадьбы, хоть и понимала, насколько тяжело это будет. Теперь уверенность исчезала. Если никакой встречи не было, значит, она сама всё выдумала, сама себя взвинтила. Из-за собственных глупых сомнений огорчить и разочаровать столько людей Ира не могла.

Снова стало тоскливо и тяжело. Рассказывать о случившемся она никому не собиралась: ещё сочтут ненормальной. Лучше оставить всё как есть, пусть идёт своим чередом.

Минуло три дня. Как ни старалась Ира забыть странную встречу, разговор возвращался в память. Особенно — обещание, что совсем скоро она встретит человека, предназначенного ей, и будет с ним счастлива. Она одёргивала себя: пустые мечты, фантазии. Ведь никакой гадалки не было…