Ирина месяцами оплачивала мужу отдельную палату без диагноза, но, приехав в клинику, обнаружила её пустой

При упоминании тюрьмы у Гончара ослабели ноги. Он опустился на кровать Андрея и попытался придать лицу спокойное выражение.

— Почему вы вообще заговорили о тюрьме? — строго спросил он.

Оксана снова рассмеялась. Она принялась терпеливо объяснять, что может ждать каждого из них, и самым незавидным выходило положение врача.

— За эту палату вам ничего не будет, Степан Петрович. Ну заняли её надолго для знакомого, так клиника исправно получала деньги. С чего руководству предъявлять претензии? А вот коллеги не простят, что вы столько времени водили их за нос. Почти пять месяцев здорового человека выдавали за тяжелобольного. И все, кто им занимался, вам поверили. Здорово у вас получилось сделать из них дураков. Такое редко прощают.

Она говорила, не отводя от него глаз. Гончар терялся всё заметнее: оправдаться было нечем, ни одного подходящего слова он не находил. Лучше пока помолчать и послушать, что ещё известно этой самоуверенной женщине.

— Андрюш, я давно подозревала, что ты человек с двойным дном, — обратилась Оксана к Андрею. — То возле тебя какие-то непонятные люди, то дела странные. Жена за своими заботами ничего не замечала и верила тебе безоговорочно.

Вражду к ней Андрей уже не скрывал, но к ней примешивался страх. Сколько она успела разнюхать? У него хватало тайн, о которых Ирина не догадывалась, а эта вездесущая Оксана каким-то образом до них добралась. Она, впрочем, не заставила его долго гадать и повернулась к подруге.

— Ирочка, помнишь роман Натальи с Бондарем, нашим начальником компьютерного отдела?

— Помню, — отозвалась Ирина.

— Они ведь около года встречались, — добавила Ирина. — Ещё слухи были, что пожениться собираются.

— Жениться собирался Бондарь, — усмехнулась Оксана. — У Натальи были другие желания. Ей надо было, чтобы он забрал программу, закончил дома и стал единственным владельцем. Получил бы такую собственность — вот тогда она охотно пошла бы за него замуж.

— Откуда тебе это известно? — удивилась Ирина.

— От самой Натальи. Сегодня на работе я припёрла её фактами, и она всё выложила.

Гончар понемногу успокаивался. Всё, что Оксана могла предъявить ему самому, по его разумению, уже было сказано. Про палату она рассказала, про обман коллег тоже; ничего другого о нём, должно быть, не знала. Значит, теперь следовало думать, как выпутаться. Он ещё не видел выхода, но и возможность договориться не исключал. Эта нахалка лезла в чужие дела, однако, может быть, её всё-таки удастся уговорить. Больше всего ему хотелось, чтобы разговор не дошёл до больничных коллег. Если Оксана согласится не раскрывать их с Андреем тайну, положение ещё можно будет поправить.

Все ждали от Оксаны продолжения — теперь, вероятно, про Андрея. Однако она взглянула на него и потребовала совсем другого.

— Андрюша, дальше будешь рассказывать сам. Пора покаяться перед женой. Изложи ей всю историю программы, подробно, без пропусков. Имей в виду: Наталья мне рассказала всё.

Андрей кипел от злости. Оксану он терпеть не мог и прежде, да и она его не жаловала. Причина была ему известна: считала неудачником, который устроился за счёт жены. Пару раз предлагала сменить работу — разве дело, когда муж получает в два раза меньше? Но Андрей не желал слышать ни о другой должности, ни о подработках. На жизнь хватало.

Дети, как он знал, тоже полагали, что главным добытчиком должен быть отец. По крайней мере, такой большой разницы между заработками родителей, по их мнению, быть не должно. Оля не раз говорила, как ей жалко маму: та устаёт на работе, а потом ещё занимается всем дома. Сама дочь помогала Ирине, и Андрей считал, что этого вполне достаточно. Две женщины уж могут справиться с хозяйством.

Он подозревал, что недовольство детей идёт от Оксаны. Не без неё и Максим в последний приезд так дерзко разговаривал с отцом, так рьяно заступался за мать. А теперь этой женщине мало было вмешиваться в их семейные отношения: она взялась требовать подробный отчёт о его гениальной затее разбогатеть. Наверняка завидовала, что сама не придумала ничего подобного.

Оксана устала ждать, пока он начнёт.

— Здесь не расскажешь — завтра будешь то же самое полиции объяснять, — спокойно сказала она, глядя на Андрея. — Решай сам. Мне без разницы.

— Андрюша, прошу тебя, говори сейчас, — испуганно попросила Ирина. — Давай подумаем вместе, как из этого выйти, чтобы никто не пострадал…