Ирина месяцами оплачивала мужу отдельную палату без диагноза, но, приехав в клинику, обнаружила её пустой

— Неплохо устроился, — продолжала Оксана. — Нарочно на больничную койку забрался, чтобы никто не подумал на тебя, когда программа пропадёт. Ты ведь по больницам ездил, ничего не знаешь. Что там у тебя с работой, далеко продвинулся?

— Всё готово, — угрюмо ответил Андрей. — Сертификацию пройти, документы на лицензию подать, кое-какие мелочи закончить. Потом можно продавать.

— И как вы теперь собираетесь поступить? Афера-то раскрыта.

— Оксана, может, договоримся? — Он посмотрел на неё с надеждой. — Назови сумму. Сколько хочешь?

— Я хочу, чтобы моя подруга больше не мучилась из-за тебя. Вот чего хочу больше всего. Посмотри, до чего она дошла. Можно подумать, это она смертельно больна.

Андрей и сам видел, до чего довёл жену. Возможно, в другое время её вид вызвал бы у него жалость, но сейчас он не мог отвлечься от собственной неудачи. Ведь почти получилось. Работа была завершена, до богатства оставалось несколько шагов, а теперь всё срывалось из-за Оксаны. Откуда она взялась именно сейчас со своим умением сопоставлять факты и привычкой совать нос в чужие дела? Его больше всего мучило, что такого случая уже не будет. Не придёт другая возможность так быстро разбогатеть, не подарит судьба второго шанса. Он был уверен в этом и жалел прежде всего себя: ещё совсем недавно цель казалась достижимой, а теперь приходилось слушать, как Оксана разбирает всю его затею.

Всё устойчивое и желанное тоже разрушалось у него на глазах. Наверняка красавица Наталья уже проклинала день, когда решила с ним связаться. Столько сил потратила, так ловко устроила, чтобы программа попала в нужные руки. А руки оказались дырявыми — и она осталась ни с чем. Ирина тоже вряд ли простит измену. Андрей посмотрел на жену, но та не взглянула в ответ. Суровое лицо не оставляло надежд. Он понял, что всё кончено.

— Зачем тебе всё это? — горько спросил он Оксану. — Я ведь доработал программу.

— Доработал — верно, — усмехнулась она. — Придумал её Бондарь, сложнейшие коды тоже он написал. Тебе досталось готовое, и ты решил объявить его своим.

— А что, труду пропадать? — воскликнул Андрей. — Как, по-твоему, надо было поступить с этой программой?

— Андрюша, ты мог закончить её честно, у себя в отделе, — сказала Ирина, посмотрев на мужа. — Получил бы хорошую премию. У вас за серьёзные программы и приложения всегда премируют. Тебе, правда, редко доставалось. Теперь понятно отчего: к чужой работе ты пристроиться можешь, а сам ничего создать не способен.

— Пора, поздно уже, — сказала Оксана. — С Бондарем я поговорила, директору тоже всё сообщила. Завтра Бондарь возвращается на своё место. Проверит, что ты там написал, и займётся подготовкой программы к продаже.

Ирина тоже встала.

— Ты останешься здесь ночевать или домой поедешь? — негромко спросила она.

Андрей не ответил, лишь опустил голову. Впервые в жизни он отважился на такой отчаянный шаг ради богатства. Началось всё так удачно, а закончилось потерей не только будущих денег, но и того, что уже было. Лишь сейчас он оценил, как много имел.

Едва ли Бондарь захочет оставить его на работе. Да даже если оставит, Андрей сам не выдержит. Как смотреть людям в глаза? В компании его уважали, хотя звёзд с неба он не хватал. Теперь ему оставались насмешки, в лучшем случае — жалость.

Домой Ирина добралась поздно и знала, что снова не уснёт. Жизнь сделала такой крутой зигзаг, что завтрашний день уже не мог быть похож на прежние. Принимать решения ей не хотелось, да и решать, в сущности, было нечего. Дети у неё есть, любимая работа есть, рядом преданная подруга. Ей всего сорок три года, впереди ещё полжизни. И впредь она не допустит ошибок, которые можно заранее увидеть и предотвратить.

Она взяла телефон и набрала Максима. Сын ответил сразу.

— Мам, всё нормально у вас?

— Даже не знаю, как сказать, — смутилась Ирина. — Кажется, всё начинает налаживаться. Я звоню сообщить: мы с папой разводимся.

— Он больше не болеет? — после короткой заминки спросил Максим.

— Нет.

— А что у него всё-таки было, мам?

— По телефону не расскажешь, — ответила она и неожиданно для себя предложила: — Может, вы с Олей прилетите на пару дней? Тогда всё и объясню.

— Конечно, прилетим. Сейчас ей позвоню. Пока, мам. Завтра жди.

Утром Андрей вернулся из больницы. Когда днём приехали дети, он сидел у себя в комнате. Выйти поздороваться так и не вышел. С завистью слушал, как Оля и Максим наперебой говорили матери, что соскучились, рассказывали о подарках, купленных ей на собственные заработанные деньги.

Потом все трое пошли на кухню. Андрей мучительно ждал: сейчас о нём вспомнят, позовут к столу. Но стука в дверь он так и не услышал.

Поздно ночью, когда остальные спали, он собрал вещи и тихо покинул квартиру. Возвращаться сюда он больше не собирался. Впереди была другая жизнь, и ему было очень страшно и одиноко.