Мать наняла детектива, чтобы сорвать свадьбу сына, но его отчёт спрятала даже от мужа

Михаил тоже не находил эту поспешность понятной. До сих пор он не вмешивался, но теперь поддержал жену.

— По-моему, сын, со свадьбой стоит подождать.

— Папа, я люблю Катю. Она меня тоже. Я это уже знаю, и сколько бы мы ни ждали, ничего не изменится.

Ирина спрятала лицо в ладонях. Господи, медсестра… Неужели сын не мог подумать, прежде чем принимать такое решение? Впрочем, свадьбы пока не было. Она сделает всё, чтобы её не допустить. Для начала нужно увидеть ту, с кем предстояло бороться: врага надо знать в лицо.

— Ладно, веди свою Катю. Познакомимся, посмотрим, что это за птица, — сказала она глухо.

Михаил удивлённо посмотрел на жену. За согласием встретить девушку слышалась угроза. Ирина была как волчица, собравшаяся заслонить детёныша от ещё непонятной опасности. Опасностью для неё стала Катя.

Максим услышал материнское неодобрение, однако от намерения не отказался. На следующий вечер он привёл невесту.

Катя поздоровалась и улыбнулась. Маленькая, худенькая — Ирине сразу захотелось назвать её тощей. Другая женщина увидела бы стройность, но мать Максима заранее решила, что гостья ей не понравится. Нос острый, как у синицы, глаза выпученные, как у коровы. Непонятное какое-то существо. Пока всё это Ирина оставляла при себе.

Между тем девушка была привлекательна: тонкая, точёная фигурка, густые каштановые волосы, нежные черты, большие карие глаза. Миниатюрная, как куколка, да ещё с улыбкой, от которой трудно было отвести взгляд. Михаил залюбовался ею и по пути в гостиную украдкой поднял большой палец, показывая сыну своё одобрение.

Класс.

Ирина заметила жест. Она нахмурилась ещё больше. Кикимора какая-то, а улыбается, будто ей здесь рады. Бесстыдница, в чужой дом пришла и не смущается нисколько.

Катя, однако, держалась скромно, без всякой вызывающей уверенности. Ирину раздражало само её присутствие. К этому примешивалось странное ощущение: кого-то девушка напоминала. Женщина не могла понять кого, а карие глаза словно смотрели прямо в душу. От этого злость лишь усиливалась.

Всё же Ирина сдержалась и позвала гостью к столу. Здесь уже ждало приготовленное для неё испытание. По распоряжению хозяйки повар подал лангуста, устрицы и ещё несколько блюд, с которыми без особых приборов и сноровки было непросто справиться.

Катя растерялась перед таким угощением. Ирина внутренне торжествовала: теперь Максим сам увидит, какую деревню привёл домой.

Но сын быстро понял, зачем мать устроила этот ужин. Он сел ближе к Кате, объяснил, что и как едят. Вскоре приборы вообще отложили, молодые со смехом принялись за морепродукты, а Михаил смеялся с ними.

— Ирина Степановна решила поразить нас сегодня вкуснейшим ужином, — сказал он, с мягким укором глядя на жену. — Что ж, ей удалось.

Ирина сделала вид, что не заметила этого взгляда. Всё её внимание теперь досталось Кате.

— Милочка, расскажите о своих родителях, — попросила она сладким голосом.

Девушка на миг застыла, затем смутилась. Для Ирины это стало подтверждением собственных подозрений. Конечно, она не ошиблась: родители наверняка алкаши.

— Их уже нет в живых, — тихо ответила Катя. — Я со старенькой бабушкой живу.

— Вот как… А что с ними произошло?

— Мама умерла, когда меня рожала. Папа на войне погиб.

Последние слова прозвучали едва слышно. Улыбки на лице Кати больше не было; она смотрела в свою тарелку. Михаил изменился в лице: первая его жена тоже умерла при родах. Ирина почувствовала неловкость, но прекращать расспросы не собиралась.

— И где же ваш дом? Где вы с бабушкой живёте?

Катя назвала район на самой городской окраине. Ирина поморщилась: по её представлениям, там селились одни маргиналы.

— Понятно, — сказала она холодно. — Значит, мой сын понадобился вам, чтобы перебраться в жильё получше.

— Мама! Как ты можешь такое говорить? — вскричал Максим. — Немедленно прекрати. Это уже перебор!

— Перебор? Ты хоть понимаешь, кого привёл? Одежда с рынка, манер никаких. Да она за богатым женихом охотится!

— Ира, — мягко перебил Михаил, — так вести себя нельзя.

— Нельзя? Смотрю, ты тоже растаял перед этой пигалицей. Что с вами обоими? Головой думаете или совсем другими местами?

Ирина всё больше распалялась, одно оскорбление сменяло другое.

— Хватит, мама! — Максим встал и потянул Катю за собой. Та охотно поднялась. — Мы уходим.

— До остановки её проводи! Пусть на маршрутке добирается.

— Ты не поняла. Я тоже ухожу. Мы с Катей будем жить вместе, а через месяц поженимся. Согласна ты или нет, — бросил Максим на ходу.

— Немедленно остановись! — взревела Ирина и повернулась к мужу. — А ты почему молчишь? Он же собственную судьбу перечёркивает!

— Ира, мне за тебя ужасно стыдно, — почти шёпотом ответил Михаил…