Мать тайком устроилась уборщицей к жениху дочери, а он выгнал её из кабинета, не узнав будущую тёщу

— Прав ты, как всегда, — Оксана снова поцеловала мужа. — Так хочется, чтобы ей достойный мужчина встретился. Нам ведь повезло. Ничего не было, а вместе получили всё, о чём мечтать могли. Дай Бог ей ещё лучше устроиться.

Две недели Татьяна уже жила у Артёма, а Оксана всё ещё готовила по утрам на троих. Павел насмешливо поглядывал на неё. Без смеха дочери дома было непривычно; её постоянные звонки не помогали успокоиться. Татьяна расхваливала жениха, но мать всё равно подозревала какой-то подвох.

— Хватит себя изводить, — вздохнул Павел. — Ну что ты, как курица-наседка? Выросла дочь, живёт теперь своей жизнью. Сами разберутся. Счастлива она? Счастлива. Чего ещё желать?

— Как у тебя получается совсем не волноваться?

— А чего ты от меня ждёшь? Частного детектива нанять, чтобы он всю подноготную нашего будущего зятя изучил? Рассудком я понимаю, что в этом есть смысл, но уже паранойей попахивает. С выбором Татьяны надо считаться. Она взрослая женщина, а не маленькая девочка, за которую мы всё решаем. Опыта у неё пока нет, согласен. Только откуда ему взяться, если не из собственной жизни? На практике и будет учиться. Пусть живут. Заметь, о свадьбе она пока молчит, значит, не так уж спешит поскорее расписаться. У неё сейчас сессия на носу, потом ещё целый семестр учиться. Когда тут свадьбой заниматься? Ей сейчас главное, что Артём объявил помолвку, сделал предложение. В Америке ведь после этого ещё года два вместе живут. Не бегут сразу жениться, а привыкают друг к другу, узнают человека, с которым собираются создать семью. У них это едва ли не официальный порядок. Кольцо на пальце ещё не означает, что брак непременно состоится. Это возможность стать ближе, попробовать, каково им будет жить вдвоём. Обкатать, так сказать, семейную жизнь в тестовом режиме, прежде чем окончательно решать насчёт свадьбы.

— Но мы-то не американцы! — возмутилась Оксана. — И меня пугает…

— Не нужно пугаться, милая. — Павел обнял её. — Влюбиться, потом пожениться — обычное дело. Даже если не получится у них, Татьяна вынесет из этого пользу. Молодая ещё, оправится быстро, зато потом осторожнее будет мужчин выбирать. Опыт, понимаешь? Не думай всё время о худшем. С чего ты вообще взяла, что обязательно будет плохо?

— Мне материнское сердце подсказывает, — вздохнула Оксана. — Мать чувствует, когда неладно. Я сейчас места себе не нахожу. А если он какой-нибудь ненормальный? Такие умеют жертву обработать. Годами может изображать идеального мужчину, а после даст себе волю.

— Только как это проверить? Выходит, даже пара лет под одной крышей от тирана её не спасёт.

— Тут ты прав.

— Таню обидеть я никому не позволю, это ты знай. Только крайности нам тоже ни к чему.

— Всё же найми детектива, пожалуйста, — Оксана посмотрела на него с мольбой. — Хоть понимать будем, что за человек рядом с ней.

— Если Артём умён, никто не узнает, что у него внутри, — вздохнул Павел. — Допустим, сыщика найму. Что он сделает? Проследит, куда парень ходит, с кем видится, чем занят. Кредитную историю достанет, судимости проверит, если они есть.

— И это уже немало. Павел, прошу тебя.

— Хорошо, найму, — уступил он. — Но если Танюшка узнает о нашей проверке, может сильно обидеться. Особенно если её Артём окажется чист, как стекло.

— Пусть, я за всё отвечу, — Оксана чмокнула мужа в щёку.

В отчёте сыщика не нашлось ничего, что подтверждало бы опасения Оксаны. Артёму было двадцать семь лет, три последних года он служил юристом в приличной фирме. За ним числились несколько выигранных процессов и пара неудач — причём в делах, где на победу едва ли можно было рассчитывать. Ни кредитов, ни судимостей, ни административных правонарушений. Даже за съёмную квартиру он платил без задержек.

С работой всё обстояло столь же благополучно: талантливый, исполнительный, до крайности ответственный сотрудник, ни единой жалобы. В кругу его друзей были юристы, со многими он сошёлся ещё в студенчестве. С прежними девушками расставался так, что оставался приятелем, а теперь после работы неизменно возвращался к Татьяне. Воспитанный, вежливый, общительный, увлекался велосипедом и рисованием. Мать преподавала историю в провинциальной школе, была заслуженным педагогом. Отец, военный, погиб героем при выполнении задания. Не жених, а мечта. Всё выглядело даже чересчур безупречно…