Мать тайком устроилась уборщицей к жениху дочери, а он выгнал её из кабинета, не узнав будущую тёщу

— Не может человек быть настолько чистеньким! — Оксана с презрением бросила отчёт перед собой. — Ты же знаешь: снаружи сияет, а внутри чернота. Должно ведь где-то уравновешиваться. Если он у нас святой, зачем в юристы пошёл? Сидел бы на скале, твердил мантры да беседовал с высшими энергиями!

— Ксюша… — Павел оторвался от документа, который изучал, и посмотрел на жену с укором. — Проверить его захотела ты сама. Проверили — придраться не к чему. Понимаю, сейчас трудно представить человека, который нигде не испачкался, но бывают же исключения.

— А я не верю! — Она упрямо топнула ногой. — Моё чутьё меня ещё не обманывало. Сейчас оно уже кричит: Танюшка собирается связать жизнь с негодяем!

— И чего ты от меня ждёшь? — Павел вздохнул так тяжело, словно спрашивал об этом весь мир. — Найти людей, которые схватят Артёма и хорошенько с ним поговорят? А потом как дочери в глаза смотреть? Таня нас возненавидит, и ты это знаешь. Она гордая, упрямая, такого оскорбления не простит. Послушай, тебе тяжело оттого, что она вот-вот упорхнёт из гнезда. Ты привыкла быть мамой, видеть её рядом, знать обо всём. Но дети уходят, иначе не бывает. Потом своих рожают — оглянуться не успеешь, уже бабушка. Только мамой ты от этого быть не перестанешь.

— А может… — начала Оксана и, поймав хитрый взгляд мужа, спросила: — Что?

— Раз тебе так трудно смириться, что ребёнок вырос, давай ещё одного заведём. Будет у нас румяный весёлый карапуз. Мальчишка! Вот от сына я бы не отказался. Мы ещё не старики, а медицина сейчас чудеса делает. Будешь беременная ходить, появятся свои заботы выше крыши — некогда станет о Танюшке тревожиться. А после вместе с ней малышей растить будете. Представь, дядя с племянником — ровесники. Здорово ведь!

— С чего это непременно мальчик? — Оксана наморщила нос; об Артёме она уже забыла. — Может, мне ещё дочку хочется.

— Тогда хоть двойню! — Павел рассмеялся, подхватил жену и закружил как лёгкое пёрышко. Он делал так уже двадцать с лишним лет. — Уж целый детский сад мы потянем. Я всегда хотел, чтобы ребятишек было много.

— Правда? Павлик, ты ведь это серьёзно?

— Серьёзнее некуда, милая. Забыла, как народ от одного моего голоса дрожит?

— А я бы хотела, — призналась Оксана. — Таня выросла, а мне всё ещё помнятся её крошечные ножки у меня в руках. И первое слово будто вчера услышала. Наверное, ты угадал: я переживаю, что она стала взрослой. А любви материнской во мне столько осталось, через край плещется. Я бы с радостью снова стала мамой.

— Так что же нам мешает? — нежно шепнул ей на ухо муж.

Оксана смотрела на него и видела того мальчишку, который примчался верхом на лошади с букетом цветов. Романтичного, волнующего — совсем как тогда. Пятидесятилетний серьёзный мужчина с глазами человека, немало узнавшего о жизни, словно исчез.

— Мама, это правда? — Татьяна влетела в кабинет без стука, улыбаясь от уха до уха. Позади неё осталась растерянная секретарша.

— Ты о чём? — Оксана покраснела, хотя уже догадалась, с чем пришла Таня.

— Что у меня братик будет!

— Папа рассказал? — Оксана покачала головой. — Ведь обещал пока никому не говорить.

— Ну разве он удержится! Я сегодня за вещами домой заехала, а он весь светится. Стала спрашивать, чему так радуется. Он же с результатами УЗИ по дому носится!

— Да, я вчера к врачу ходила, — поморщилась Оксана. — До сих пор не верится, что получилось без ЭКО. Только насчёт пола пока ничего определённого. Скрининг первый, могут ошибиться. На втором яснее будет, осталось месяц-полтора подождать. Папа, конечно, о сыне мечтает, хотя уверяет, что и дочке обрадуется. Мне самой всё равно.

— Получается, ты уже на третьем месяце! И всё это время молчала!

У Тани глаза полезли на лоб.

— Не хотела отвлекать тебя от счастливой семейной жизни. Кстати, о вашей семье: со свадьбой уже решили? Когда собираетесь?

— К концу лета, — улыбнулась Таня. — Артём отпуск возьмёт, и поедем путешествовать. На кругосветку, конечно, не накопили, но хотим по небольшим городам прокатиться. Говорят, красота там, как в народной сказке, и для туристов всё устроено.

— Папа может подарить вам поездку куда захотите. Хоть на другой конец света.

— Мам, не надо, — смутилась Татьяна. — Артём ведь по-прежнему о вас не знает. Я так и не решилась сказать. И деньги у папы он бы всё равно не взял.

— Но это был бы подарок.

— Какая разница? Нам хочется здесь на машине поездить. Романтично же, и не как у всех.

— Понятно. Знакомиться с ним нам, выходит, на свадьбе придётся?

— Опять ты, мам! Ну даже если на свадьбе — ничего ужасного. Сейчас многие так знакомятся. Зато я рада, что против нашего брака ты больше не возражаешь.

— Я и прежде не возражала.

— Зачем же тогда сыщика нанимала? — прищурилась Татьяна…