После развода Ирина решила выбросить бабушкин ковёр

С работы Иру отпустили раньше. Домой она шла с готовым решением, совет Галины Борисовны тогда всерьёз не приняла. Алексей уже вернулся; из кухни пахло печёным.

— Милая, я решил тебя порадовать, — виновато произнёс он, выглянув к ней. — Курочку с картошкой сделал, как ты любишь.

— Мамочка пришла! — Настюша выбежала из комнаты и бросилась её обнимать.

— Я её сегодня из садика раньше забрал, — поспешно пояснил Алексей.

Ирина растерялась. Готовилась скандалить, а здесь дочка. Не при ней же выяснять отношения. Мужу так ничего и не ответила, пошла с Настюшей играть в её комнату. Играла, а думала совсем о другом.

Позднее Алексей позвал их ужинать. Одним жарким он не ограничился: на столе стояли сок, вино, фрукты, лежал букет. Цветы муж смущённо протянул Ире. Она приняла их и безучастно оставила на подоконнике. В воду Алексей поставил их сам.

За едой молчали. Дочка, поужинав, убежала к себе, а супруги остались сидеть друг напротив друга.

— Ира, дай мне объясниться, — наконец начал Алексей.

— Объяснить, как ты мне изменяешь? — зло спросила она.

— Не изменял я! Это Зина, медсестра с соседнего участка. Давно ко мне клинья подбивает, хотя знает, что женат. Она нарочно всё устроила, — торопился он. — Выяснила, где ты работаешь, и записалась к тебе. А мне надо было ей по рабочему делу позвонить.

— По рабочему делу? Поэтому у неё вместо твоего имени стоит «любимый»? И целовал ты её из профессиональных соображений? — Ирина прищурилась.

— Да не целовал я… — смутился Алексей.

— Я своими глазами видела!

Голос сорвался на крик. Терпение кончилось, словно прорвало дамбу: Ира плакала, обвиняла мужа, кричала ему всё, что не высказала раньше. Алексей заламывал руки.

— Клянусь, это недоразумение! Ты не понимаешь… Больше такого не будет.

— Не будет?! Тут ты прав. Потому что я развожусь с тобой. Вон отсюда! Уходи!

— Ира, не горячись, у нас же дочь… — пробормотал он.

— Сама её выращу. А ты больше не смей к ней на глаза показываться! Собирай вещи и проваливай!

В кухню вбежала испуганная Настюша. Ей было около пяти лет; видимо, малышка поняла, что мама выгоняет папу. Она заплакала, закричала:

— Не хочу, чтобы папа уходил! Не хочу!

Ирина успокаивала её, не позволяя Алексею приблизиться, хотя он тоже рвался к дочке.

У Настюши начались судороги.

Теперь Ирина сама перепугалась. Алексей забрал у неё ребёнка, что-то предпринял, вызвал скорую. Анастасию увезли в больницу, и несколько дней Ира пробыла рядом с ней в стационаре.

После им объяснили: приступ случился из-за стресса. Ребёнка нельзя больше доводить до такого состояния, иначе недалеко до эпилепсии.

Значит, на собственные обиды у Ирины права не оставалось. Ради дочери она простит Алексея.

Они помирились. Муж опять заезжал за ней в парикмахерскую, вместе ехали за Настюшей в сад, свободное время проводили семьёй. Казалось, счастье вернулось, всё устроилось по-прежнему.

Однажды Ирина увидела Алексея у кафе. Он выходил с женщиной — уже не с молодой вертихвосткой Зиной, а с утончённой дамой.

Дома выясняли отношения шёпотом, дождавшись, пока Анастасия уснёт.

— Больше не повторится, клянусь тебе, — опять уверял Алексей.

Ира поверила. Затем последовало ещё несколько объяснений. Сначала верила и им, потом перестала. Осталась жить с мужем ради дочки.

Анастасия выросла умницей и красавицей, со здоровьем у неё всё было хорошо. Окончив школу, поступила в экономический вуз в столице, уехала. Домой выбиралась на каникулы, иногда на праздники.

К её приездам родители старались выглядеть благополучными супругами. Особенно Ирина: даже спустя годы она помнила тот ужас, когда дочке стало плохо. Ей всё казалось, что это может повториться.

Алексей тем временем продолжал заводить романы — с коллегами, с другими женщинами. Случалось, не приходил ночевать. Постепенно уверился, что жена всё перенесёт и ему ничего за это не будет. Они уже жили как соседи, счастливую семью изображали только для дочери.

Ирина несколько раз пыталась взяться за собственную парикмахерскую. То средств недоставало, то времени, и замысел так и оставался замыслом. Алексей по-прежнему был участковым терапевтом. Врач неплохой, а зарплата почему-то небольшая. Жена зарабатывала больше него.

Позднее обнаружилось и то, чего Ирина не знала: у мужа появилась вторая семья, там подрастал ребёнок…