Учительница помогала талантливому ученику выбраться из трудной семьи

Почти все бумаги для поездки Светлана подготовила сама. К его родителям за подписями больше не ходила — расписывалась за них. Они даже не знали, что от них по-прежнему что-то требуется. Узнай об этом мачеха, могла бы назло отказаться подписывать. Светлану всё чаще тревожило предчувствие: кто-нибудь дома нарочно помешает Максу, навредит ему.

Вечером за два дня до вылета позвонил сам юноша. По его взволнованному голосу Светлана Петровна сразу поняла: случилась беда.

— У меня паспорт пропал. Все свои ящики пересмотрел, на полках проверил — ничего. Даже не знаю, где мог потерять… Как же теперь быть?

Светлана тяжело вздохнула. Мачеха — в этом она тогда не сомневалась. Столько лет выставляла мальчика дурачком, а теперь он едет на престижную олимпиаду. Вот и спрятала документ перед поездкой, лишь бы испортить ему будущее. Иного объяснения Светлана не видела.

— Макс, ты пока занимайся, не бросай подготовку. Я попробую всё уладить: свяжусь с организаторами, объясню, что произошло. Мы найдём выход, не тревожься. Всё обойдётся.

Закончив разговор, она обхватила голову руками. Злость была такая, что трудно было думать о чём-то другом. Всю жизнь не давали ребёнку спокойно расти и учиться, а теперь ещё и это! Как можно дойти до подобной подлости?

Но долго сердиться она себе не позволила. Максу требовалась помощь, и тратить силы на ярость было некогда. Восстановить паспорт до отъезда они заведомо не успевали. Первое решение, которое пришло ей в голову, испугало её саму. Другого, однако, не находилось.

Был у Светланы Петровны бывший ученик, Юрий. Несмотря на все её старания, он выбрал свою дорогу, но учительницу помнил с благодарностью. Когда-то двоечника и хулигана несколько раз собирались исключить из школы. Светлана всякий раз заступалась: она знала, что творилось у него дома.

Пьяным родителям сын был нужен разве что затем, чтобы его отругать. В квартире собирались шумные компании, по ночам мальчишке не давали спать. Светлана Петровна сама оставила ему свой адрес и велела приходить сразу, если станет страшно. Маленький Юра не раз ночевал у неё. Позже он окреп и научился справляться с неприятностями без её защиты.

Теперь под вывеской автомастерской Юрий вёл в городке какие-то дела. Все об этом знали, но предпочитали молчать: связываться с ним желающих не было. А при встречах со Светланой Петровной он неизменно радовался, расспрашивал, не требуется ли ей помощь.

— Если вас кто обидит, сразу мне говорите. Любой вопрос решу, только обратитесь. После всего, что вы для меня сделали!

Пришло время воспользоваться этим обещанием. Решившись, Светлана уже без колебаний набрала его номер. Юрий обрадовался звонку — разговаривать с учительницей ему всегда было приятно. Но, выслушав её просьбу и историю Макса, возмутился.

— Ну и родственнички! С такими и врагов не нужно. Светлана Петровна, оставьте это мне, всё устрою. Считайте, что паспорт уже у парня в кармане.

Наутро, во время урока, в дверь кабинета негромко постучали. Пришёл Юрий. Дав детям задание, Светлана Петровна вышла к нему в коридор.

— Необычно здесь снова очутиться, — улыбнулся он, оглядывая коридоры, где когда-то носился на переменах. — Мне ведь в школе хорошо жилось. Дома куда хуже. А здесь вы были… Во многом благодаря вам и вспоминается хорошее.

— Да, Юра, нелёгкое тебе выпало детство, — кивнула она.

— Ну, я же не с пустыми руками. Вот зачем пришёл.

Он протянул ей паспорт Максима. Светлана Петровна смотрела на документ с удивлением.

— Юрий, ты уже нашёл? Каким образом? Где же он был, что ты сделал?

— Да пустяковое дело, — улыбнулся тот. — Послал своего человека поговорить с мачехой парня. Она с работы возвращалась. Я ему всё объяснил, а подход к таким людям он находит. Прирождённый дипломат, нутро людское сразу чует.

Светлана Петровна поёжилась. Такие способы решать вопросы были ей неприятны. И всё-таки паспорт требовался немедленно, иного выхода она не увидела.

— Да вы не пугайтесь, — Юрий верно понял её движение. — Никто их не тронул. Женщины всё-таки. Разговор был, и только.

— Их?

— Да, она не одна шла, со старшей дочкой. Хорошо, что вместе оказались. Мачеха твердила, что паспорта не брала. Мой человек настаивал, давил, а она стояла на своём. Тут сестра и не выдержала, выложила всё. Оказывается, это она стащила, из зависти. Такую истерику закатила! Плачет, кричит: несправедливо, она колледж не окончила, на рынке стоит, а её ненормальный братец на такую олимпиаду полетит. Тут же документ и отдала. Он при ней был, в сумочке. Теперь всё улажено.

— Юра, чем же мне тебя отблагодарить…

— Ничем не надо. Мне самому приятно хорошему парню помочь, да и вам. Вы всё такая же: о каждом ученике душой болеете, мимо чужой беды не пройдёте. Редко таких людей встретишь.

— Спасибо тебе, Юра, — растроганно произнесла Светлана Петровна.

— А вылет у него когда?

— Уже завтра.

— Тогда пусть до отъезда домой не ходит. Знаю я эту породу: со злости да от зависти ещё какую-нибудь пакость выдумают. Лучше пусть у вас до утра перекантуется. Вы ведь не возражаете?

— Разумеется, нет.

— Ну и хорошо. Пусть у него всё получится. И вам удачи…