Возвращаясь от свекрови, Лариса увидела свет в пустой квартире

— Светлана Петровна, опять хлопочете? На даче ведь полагается отдыхать!

— Здравствуй, Галя. Где уж тут отдыхать… — Светлана Петровна распрямила спину и повернулась к соседке. — Да и ты, смотрю, не в шезлонге.

— Я-то для собственного удовольствия.

— А я разве нет? Мои на море укатили, а помидоры пасынковать кому? У клубники усы обрывать? Хотя и при них всё равно сама бы делала. Ещё эта жара… — Она взглянула вверх. — Дождя бы хоть немного. Дышать совсем нечем.

Галина, полная женщина средних лет, тоже с тоской поглядела на чистое летнее небо.

— На ближайшую неделю дождей не обещают.

— Значит, вечером опять за полив браться. Я ведь Пашеньке сразу говорила: зачем столько земли, нам и четырёх соток довольно. А ему непременно надо было, как у всех. Теперь сам на том свете прохлаждается, а я всё к земле гнусь. Макс редко выбирается, у них работа, дела.

— От детей помощи не дождёшься, — махнула рукой Галина. — Всё на себе. Хотите, попрошу Иру ваши грядки полить?

— А Ирочка здесь?

— Конечно. Сидит наверху, в мансарде, под кондиционером работает. Говорит, здесь спокойно, никто не отвлекает.

— До чего хорошо теперь устроились! — восхитилась Светлана Петровна. — Где хочешь, там и работай. Не нужно каждое утро в семь часов на трамвай бежать.

— И не говорите. Так я Ирочке передам насчёт грядок?

— Спасибо, дорогая, только не надо. Пока ещё сама справляюсь.

— Ну, смотрите, — пожала плечами Галина. — Я тогда в дом, на такой жаре не выдержать. И вы бы передохнули часов до пяти.

— Пожалуй. Работа не волк.

Иллюстрация — ИИ

Светлана Петровна собрала инструменты, прихватила скамеечку, с которой полола, и направилась к сараю. На полдороге она вдруг остановилась.

— Галина!

— Что такое? — Соседка уже поднималась на своё крыльцо и обернулась.

— Ира не собирается в город?

— Кажется, завтра хотела, точно не скажу. Вам привезти что-нибудь?

— Передать бы. Хотела малосольных огурчиков отправить к приезду Максима.

— Конечно, скажу ей зайти к вам перед дорогой.

— Вот спасибо! Дай Бог здоровья и тебе, и дочке.

Галина благодарно кивнула и скрылась в доме.

Когда Светлане исполнилось сорок, она загорелась дачей. Городская, она наслушалась на работе рассказов старших коллег, увлечённых садоводством, — про свежую зелень, огурчики да помидорчики — и, вернувшись домой, сказала мужу:

— Паша, давай купим землю за городом.

— Нам-то зачем? — Павел удивился: прежде о даче у них и речи не было. — Ты и с трёхкомнатной квартирой замучилась, говоришь, всё на тебе. Ещё и участок хочешь?

— Там отдыхать будем! Вместо телевизора по выходным — свежий воздух. Сядем вдвоём, птицы щебечут, ветер шумит, тихо кругом, травой пахнет…

Павел перебрал в уме знакомых дачников. Ни один из них за городом не отдыхал. Он уже собирался сказать об этом, но посмотрел на жену: с такой решимостью в глазах её не переубедишь.

— Ладно, посмотрим, что продаётся, — покорно согласился он.

В тот год на продажу выставили много участков, и Светлана с Павлом ездили смотреть один за другим, выбирая подходящий. Один уж очень понравился. Всё уже будто складывалось, но в последний момент хозяева сняли его с продажи.

Светлана и сердилась, и огорчалась.

— Для чего тогда людей обнадёживать? Сначала продают, потом уже не продают! Так и останусь без дачи, видимо.

На следующий день в гости заглянул их двадцатилетний сын.

— Мам, родители моего друга на юг переезжают, хотят ближе к морю жить. Дачу продают, Кириллу она не нужна. Съездили бы с папой? Кирюха говорит, там место хорошее и дом крепкий. Нам ещё уступят.

— Если всё так замечательно, зачем уступать? — прищурился Павел.

— Уехать хотят поскорее. И мы свои, не надо постороннего покупателя искать…