Мужа не оказалось дома, когда Поля неожиданно вернулась

Огромный цветок молочного оттенка глядел на Полину в упор. Она ахнула и бросилась к подоконнику, даже не сняв пальто. Дождалась! Несколько дней ходила вокруг кактуса, выпустившего стрелку, а сегодня он встретил её вот таким чудом.

Иллюстрация — ИИ

Лет пять колючий шарик просидел у неё в кабинете: пил воду, округлял бока и больше ничем не радовал. Достался он от прежнего коллеги, который тоже ни разу не видел его цветущим. Поля давно перестала ждать и утешалась хотя бы тем, что кактус будто бы поглощает компьютерное излучение. Сказки, конечно, но приятно думать, что с ним в кабинете безопаснее.

Теперь она говорила своему колючему шарику нежные слова и гладила воздух вокруг цветка. Прикоснуться пальцем не решалась. Наклонялась ближе, осторожно принюхивалась, хотя никакого запаха не было.

— Ой, зацвёл всё-таки!

Поля вздрогнула: за своим кактусом она не услышала, как вошла Ира. Коллега уже подступила вплотную, перегнулась через неё и потянулась к цветку. Полина отвела её ладонь.

— Ира, руками не надо. Я читала: ему всего сутки цвести. Начнём трогать — ещё раньше завянет.

— Только сутки? Надо же… А приметы про такое бывают? Может, цветущий кактус что-нибудь сулит?

Поле и самой захотелось узнать. Но до интернета дело не дошло: заглянувшая в кабинет техничка Оксана уже знала ответ.

— Бывают, ещё как. Хозяйке скоро ждать перемен в личной жизни: свадьбы, нового романа, а то и ребёнка. Белый цветок — к девочке, — объявила она со знающим видом и улыбнулась Полине.

Поля фыркнула. Девочка! Ей немного за сорок, а её ребёнку уже двадцать лет. Сын студент, учится в другом городе. О каких ещё родах речь? И нового романа ей не надо, да муж бы и не допустил. Они с Виктором поженились совсем молодыми, двадцать два года вместе прожили.

Оксана добавила, что цветение может обещать и перемены в деньгах. Впрочем, на премию надеяться было трудно, а выигрыш в лотерею казался ещё менее вероятным.

— Он наконец расцвёл, вот и всё. Обойдёмся без примет, — сказала Полина и села за стол так, что к подоконнику стало не пробраться.

Ира с Оксаной разошлись по своим делам, а позднее посмотреть на цветок пришли едва ли не все сотрудники. Любовались издали: Поля стояла перед кактусом словно щит. Работая, она то и дело косилась на окно и улыбалась. Настроение было прекрасное — хоть этот молочный цветок добавил красок в её потускневшую жизнь.

Дома словно затянулась чёрная полоса. Началась она год назад, с аварии Виктора. Он работал на станции техобслуживания, чинил чужие автомобили, а собственную машину не удержал: занесло на ровном месте. Такая вышла ирония. Хорошо ещё, никто другой не пострадал, никого он не задел и не погубил.

Сам Виктор ударился головой, но с виду остался цел — ни царапины. От скорой отказался. И лишь через несколько дней голову стало ломить так, что дело едва не доходило до обморока. Он обращался то в одну больницу, то в другую; ничего не находили, а боли не проходили.

Поля видела его дома на диване с мокрым полотенцем на лбу. Так он лежал целыми днями. На работу не ходил — в таком состоянии не поработаешь. Врачи между тем продолжали утверждать, что он здоров.

Тогда и появилась Дарья, его бывшая одноклассница. Виктор потом рассказывал Ире, как они случайно сошлись в дверях поликлиники: он опять пришёл к неврологу, а Даша заскочила по делам к подруге. Узнав о его мучениях, она предложила обратиться туда, где работала сама, — в частный медицинский центр. Говорила, что оборудование у них современное, специалисты отличные, куда там этой районной забегаловке.

За приёмами в центре потянулись расходы. У Виктора имелись небольшие сбережения, но они быстро ушли на врачей. Эти деньги семья откладывала Роману: после окончания вуза сын мог бы взять ипотеку на квартиру в столице. Поля понимала, что придётся отложить его планы. Накопят ещё — лишь бы Виктору стало лучше.

В центре, казалось, наконец разобрались. Тамошние доктора, и Дарья в их числе, нашли у Виктора какую-то штуковину в голове. Оперировать опасно, объяснили они, зато дорогие препараты должны принести облегчение. Нужен целый курс.

Сбережений уже не осталось. Взять кредит самому Виктору банк бы не позволил: полгода он не работал, хозяин станции давно его уволил. Судиться с ним не было ни времени, ни сил. Полина подумала и решила оформить кредит на себя…