Ира пыталась поговорить с мужем о его вечерних исчезновениях, а затем решила проверить его слова с помощью радионяни

Ире понравилось гулять в это время. Надо бы чаще выходить пораньше и Тане предложить: та, наверное, и не знает, как хорошо здесь утром.

Иногда навстречу попадались другие коляски. Одни катили отцы, другие — дедушки с бабушками. Ира с умилением смотрела на них. Они дают мамам выспаться, а она с Богданом — папе.

Дома уже был слышен душ: Коля проснулся. Выйдя из ванной, он удивился их утреннему отсутствию.

— Я вас чуть не потерял! Куда это вы с самого утра отправились?

— Сначала на молочную кухню, потом в парк. Там утром так хорошо! Думаю, может, нам и гулять теперь пораньше, Тане предложить. А с твоим другом что случилось?

— Да всё с ним нормально, — отмахнулся Коля.

— Расскажешь?

— Извини, он просил не распространяться. Может, когда-нибудь потом. Это ведь не мой секрет, пойми.

— Понимаю. Но ты ему передай: пусть больше не вызывает тебя среди ночи. У тебя маленький ребёнок.

— Передам обязательно.

Со временем Ира уже не могла не замечать перемен, хотя объяснить их даже самой себе не умела. Коля всё реже бывал дома. То задерживался на работе, то внезапно вспоминал о каких-то делах и уходил, оставляя её с сыном.

Отдохнуть почти не удавалось. Ира уставала и от ежедневных забот, и от того, что постоянно оставалась с ними одна. На просьбы муж не отвечал прямым отказом: всякий раз находилась веская причина, по которой он не мог сделать то, чего она просила.

В конце концов Ира позвонила Тане, которую считала своей лучшей подругой.

— Я уже не понимаю, что с ним. Всё время куда-то пропадает, Богданом почти не занимается. А когда мы с Колей последний раз вдвоём были, я даже вспомнить не могу.

Таня несколько мгновений молчала.

— Извини, — неуверенно сказала она, — а вдруг у него появилась другая?

— Нет, что ты! — горячо возразила Ира. — Он же нас с Богданом любит. У него всё какие-то причины… Может, заболел и сказать мне боится?

— Может быть и такое. Попробуй поговорить с ним начистоту. Думаю, тогда он признается.

— Пожалуй, ты права. Надо сесть и всё обсудить.

Однако, когда Ира заговорила с мужем, тот был занят футболом. От экрана Коля не отвлёкся.

— Да нормально всё со мной. Почему ты решила, что что-то не так?

— Ты почти не разговариваешь со мной, сыну внимания не уделяешь. Вместе давно не гуляли. Да и ко мне когда ты в последний раз внимание проявлял?

Коля кивнул, продолжая следить за матчем.

— Ты ведь даже сейчас меня не слушаешь, — сказала Ира, желая проверить, услышит ли он хотя бы это.

Он снова кивнул. Тогда она взяла пульт и погасила экран.

— Ты что творишь?! — Коля взвился на дыбы. — Матч заканчивается! Включай сейчас же!

— Не включу, пока мы не поговорим, — покачала головой Ира. — И потише, Богдана разбудишь.

— Ах вот как!

Коля вскочил с дивана. Одевшись почти мгновенно, он вышел и с такой силой захлопнул дверь, что Ира пошла потом проверять сына.

Сначала она тяжело села на освободившееся место. По щекам потекли слёзы. Таким мужа она видела впервые, и всё же была уверена: причиной его поведения был не футбол.

В радионяне не слышалось ни возни, ни хныканья. Ира всхлипнула, ладонью вытерла лицо и отправилась в спальню посмотреть, не разбудил ли Богдана хлопок двери.

Ей хотелось рассказать Тане, что произошло, и спросить, не сделала ли она сама чего-то неправильно. Но подруга не ответила ни на звонок, ни на сообщение. Значит, с этой бедой придётся разбираться одной.

Наутро Коля вернулся с виноватым видом.

— Прости, Ира. Я не хотел так… Сам не понимаю, что со мной происходит.

Она ещё была сердита, но, глядя на него, продолжать злиться уже не могла. Ира улыбнулась.

— Ты меня напугал. Не делай больше так, ладно?

— Хорошо, — согласился Коля.

— Давай я кофе сварю, а ты расскажешь, что с тобой.

Кофе Коля выпил с удовольствием. Объяснить толком ничего не смог и поспешил на работу. В спешке даже телефон оставил на полке для обуви…