Ира пыталась поговорить с мужем о его вечерних исчезновениях, а затем решила проверить его слова с помощью радионяни

Ближе к обеду, вернувшись с сыном с прогулки, Ира заметила забытый смартфон. Перенесла его на стол, чтобы муж сразу увидел, когда придёт.

В последнее время Богдан на удивление мало капризничал: ел, много спал, и у Иры даже появлялась возможность отдохнуть среди дня. Уложив его в очередной раз, она села на диван и включила телевизор. Ничего интересного не нашлось.

Взгляд остановился на Колином телефоне. Ира взяла его и обнаружила, что звук выключен. Они всегда ставили телефоны на беззвучный режим перед сном; видимо, утром муж забыл вернуть звук. Вдруг кто-то звонил ему, пока аппарат лежал здесь?

Она включила экран. На нём, ещё заблокированном, появилось сообщение: «Привет, любимый. Сегодня как всегда».

Сначала Ира не уловила смысла. Потом поняла, тихо положила телефон в сторону и задумалась.

— Коль, посидишь с Богданом полчасика? Мне в аптеку надо успеть, пока не закрылась. Лекарство перед сном нужно принять, а я сегодня на прогулке забыла купить. Шляпа я.

Коля, чувствовавший себя виноватым, согласно кивнул.

— Конечно, посижу.

— Только здесь с ним оставайся, хорошо? Он не любит один лежать, когда рядом никого нет.

— Хорошо, Ира, не волнуйся.

В коридоре она сделала вид, что одевается.

— Я ушла! — громко объявила Ира и демонстративно хлопнула дверью.

Вместо аптеки она бесшумно встала возле собственной квартиры и включила радионяню, которую предусмотрительно захватила с собой.

Почти сразу раздались шаги Коли — он вышел из спальни. Потом Ира услышала тоновый набор, гудки. На звонок ответили радостным женским голосом.

— Коленька, счастье моё! Ну сколько можно тебя ждать? Почему так долго?

— Потерпи, ненаглядная. Жена ребёнка на меня оставила, сама в аптеку побежала. Забыла там что-то купить. Скоро придёт, и я сразу к тебе. Так соскучился, что до дрожи хочется скорее рядом оказаться.

Нежность в его голосе была такой, что у стоявшей за дверью Иры всё затрепетало внутри.

— Я тоже соскучилась, любимый. По моему славному мишке Косолапому.

— А я — по своей кошечке. Как же сладко с тобой засыпать.

Ира слушала и удерживала себя от крика. Отчаяние было таким, что хотелось немедленно распахнуть дверь и устроить скандал. Теперь она знала, что скрывалось за Колиной занятостью: другая женщина. Не знала только, давно ли это началось и почему муж предал её и сына.

Но скандал испугает Богдана. Ира отказалась от первого порыва и решила иначе.

— Снова уходишь на ночь глядя? — спросила она, вернувшись будто бы из аптеки и бросив на стол заранее припасённый блистер.

— Да. Петрович с сигнализацией разобраться не может, объект под охрану не ставится. Поздно уже, не оставаться же ему там ночевать.

— Понятно, — протянула Ира, стараясь казаться доверчивой, хотя внутри всё клокотало от гнева. — Пусть ещё подождёт, пока мы Богдана уложим. Может, за это время сам разберётся.

— Сомневаюсь. — Коля покачал головой, но спорить не стал. Быстро набирая что-то в телефоне, пояснил: — Напишу, что задержусь. Чтобы не ждал зря.

— Да, предупреди.

Накормленный Богдан уютно засопел в кроватке. Коля отправился одеваться, а Ира подошла к нему в коридоре, поднялась на цыпочки и обвила руками шею. Обычно так она прощалась с ним, целуя в щёку.

— Ну и кто она? — вместо поцелуя прошептала Ира ему на ухо, стараясь говорить как можно ласковее.

— Кто? — Коля вздрогнул, отстранился и удивлённо посмотрел на жену.

Ира тут же отпустила его. Следующие слова прозвучали уже резко.

— Та, для которой ты мишка Косолапый. Теперь послушай меня. Если сегодня уйдёшь, назад к нам с сыном дороги не будет. Ты понял? Петрович твой с сигнализацией уже справился, а кошечка, видно, без тебя никак. Это ведь к ней тебе так хочется, до дрожи?

Коля застыл. Через несколько мгновений он пришёл в себя и усмехнулся.

— Значит, весь разговор слышала?

— Вот догадливый! Рассказывать ничего не собираешься?

— Не собираюсь. Всё равно не поймёшь.

— Ты даже не попробовал. Откуда знаешь, что я не пойму? И давно у Петровича такие трудности с сигнализацией?

— Что бы ты ни говорила, я сегодня уйду, — отрезал Коля.

— Уходи, если хочешь. Только я уже предупредила: обратно не пущу, — ответила Ира в тон ему. — Так давно это у вас?

— Хочешь знать? Ладно, слушай, — разъярённо прошипел он. — Только после не говори, что предпочла бы остаться в неведении.

— На том вечере я встретил девушку, которую любил ещё в школе, — продолжил Коля. — Мы тогда думали, что будем вместе всегда, только жизнь распорядилась иначе. А стоило нам снова увидеться, выяснилось: всё осталось. Мы любим друг друга сильнее, чем в школьные годы, и хотим быть вместе. Нам плевать на наши семьи, на то, что у обоих дети. Нас уже ничто не разлучит. Она ради меня оставила мужа и маленького сына. Ты понимаешь, на что она пошла? А ты смогла бы ради меня пожертвовать таким? Если мнение мужа для тебя ещё что-нибудь значит, послушай: после рождения Богдана ты вообще перестала меня замечать. И теперь жалуешься, что я не провожу с тобой время! Ты бы прежде в зеркало посмотрела. И почаще туда заглядывала. На чучело похожа: волосы вместо стрижки торчат из какого-то короткого растрёпанного хвостика, лицо помятое, всё время одни футболки и спортивные штаны. Мне с тобой даже с коляской выйти неловко, куда уж приглашать тебя куда-нибудь. Если себя привести в порядок не можешь, чего от тебя ещё ждать? Любила бы — разве ходила бы в таком виде? По тебе видно, насколько тебе на меня наплевать. Для тебя я уже не мужчина, а человек, который приносит деньги…