Ирина месяцами оплачивала мужу отдельную палату без диагноза, но, приехав в клинику, обнаружила её пустой

Мужчины стали медленно подниматься. Ирина поспешила обратно, решив, что в палате всё спросит у Андрея. Несколько минут спустя дверь открылась: Степан ввёз мужа на коляске. Бледный, измождённый Андрей выглядел так же плохо, как при прежних посещениях. Доктор приветливо поздоровался с Ириной и поспешил к остальным пациентам.

— Я тебя больше часа жду, — настороженно сказала она, подходя к мужу. — Уже начала волноваться, обошла всю клинику. Где ты был?

— Степан возил на консультацию, — неохотно ответил Андрей. — Всё никак не разберутся, что со мной такое. Опять другое лечение назначили.

Она не знала, можно ли этому верить. На лестнице Андрей говорил о работе, сроках, деньгах, но сейчас выглядел так плохо, что Ирина пожалела его и не решилась расспрашивать. Она собиралась всё выяснить сразу после его возвращения, а теперь молчала. Муж так и не узнал, что она слышала их с Гончаром разговор и что услышанное её встревожило. Ирина не понимала, о каком огромном заработке могли говорить тяжелобольной человек и его лечащий врач. Ни тестирование, ни оформление не объясняли ей смысла их беседы. Всё это хотелось спросить у Андрея, однако она решила подождать, пока ему станет полегче. Тогда можно будет вернуться к разговору на лестнице; пока же она лишь мягко напомнила о палате.

— Андрюша, нам через три дня нужно освободить палату, — мягко напомнила она. — Ты ведь помнишь? Денег на счету почти не осталось. Дальше платить нечем.

— Помню я, помню, — раздражённо отозвался он. — Зачем ты при каждом посещении повторяешь одно и то же?

— Может, завтра что-нибудь привезти?

Спрашивая, Ирина уже понимала, что сегодня ничего от него не добьётся. Настроение у мужа было плохое; лучше уйти и оставить его с ноутбуком.

— Ничего не привози, — жёстко сказал Андрей. — Всё, что нужно, у меня есть. Кроме покоя и тишины.

Камень в её огород. Он хотел поскорее остаться один. Ирина устало улыбнулась, поцеловала мужа в колючую щёку и, попрощавшись, тихо вышла.

Теперь к страху за его здоровье прибавилось другое беспокойство. У Андрея была тайна. Смысл услышанного ускользал, но само место разговора, шёпот и обещание огромного заработка пугали. Ей не давала покоя мысль, что за такими деньгами могло скрываться что-нибудь нечистое.

Ирина никогда не нарушала закон и детей растила так, чтобы у них не возникало с ним проблем. С мужем обсуждать это как-то не приходилось. Ей казалось, он и без объяснений понимает: преступное дело рано или поздно всплывёт и оставит позорное пятно на всей семье. Допустить, что Андрей способен на подобное, она не могла. Но и придумать, каким честным заработком он сейчас занят, не удавалось. Неясным оставалось и его желание провести в клинике ещё месяц.

Нужно было успокоиться, а поговорить обо всём она могла только с Оксаной. Близкая подруга поддерживала её всегда, разве что деньгами не выручала: одна растила двоих школьников и сама едва сводила концы с концами. Зато выслушать, утешить, посоветовать умела как никто. Ирина взяла немного сладостей к чаю и поехала к ней прямо из больницы. Встретиться можно было и завтра на работе, в их общей компании, но ждать до утра она уже не могла.

— Вот уж кого не ожидала! — удивилась Оксана, впуская её в квартиру. По лицу гостьи она сразу заметила неладное. — Что случилось? Андрюше хуже?

Ирина покачала головой и принялась рассказывать. Она подробно описала сегодняшнее посещение, а разговор на лестнице постаралась восстановить особенно тщательно, вспоминая каждую услышанную реплику.

— Оксана, ты понимаешь, что это могло значить?

— Тут скорее тебе разбираться, ты у нас юрист, — задумчиво ответила подруга. — Тестирование, сертификация, лицензия… Может, собираются что-то покупать или продавать. Но я не уверена.

На объяснение рассчитывать, похоже, не приходилось. Ирина надеялась, что Оксана поможет разобраться в услышанном, но та тоже могла лишь предполагать. Гостья продолжила рассказ: передала, как муж отвечал ей уже после возвращения в палату, как раздражался на её слова. Из больницы она ушла с тяжёлым сердцем — и об этом тоже сказала подруге. Оксана выслушивала её молча. Потом потянула за собой на кухню и усадила за стол. Пока она варила кофе, Ирина так и не услышала от неё ни совета, ни утешения. Молчание продолжалось, пока перед гостьей не появилась чашка горячего кофе. Поставив её на стол, Оксана наконец заговорила…