Ирина жила одна, но чужие вещи появлялись в квартире даже после смены замка

Молоденькая секретарь опустила глаза и ничего не ответила. Продолжала вынимать свои вещи из стола и тумбочки. Пожилая уборщица, протиравшая неподалёку пол, посмотрела на Ирину с укоризной и покачала головой.

— Зайдите ко мне, — приказала Ирина уборщице.

Когда они оказались в кабинете, она потребовала:

— Объясните, пожалуйста, что с Таней.

Уборщица смотрела на неё так, что Ирина поразилась: в одном взгляде соединились обида, возмущение и безмерное удивление.

— Ирина Степановна, ну и дела… — выдохнула женщина и без приглашения села. — Сами же Таню выгнали. А что ей написали! Обижайтесь на меня, если хотите, только нормальный руководитель себе такого не позволяет. Никогда бы не поверила, что вы способны так поступить.

— Что именно я написала? О каком сообщении вы говорите? — нахмурилась Ирина.

— О том, которое сегодня утром прислали ей на телефон, — с вызовом ответила уборщица.

Выяснять это Ирина отправилась сразу. Вышла из кабинета и попросила у Тани телефон. Сообщение пришло сорок минут назад:

«Таня, твоя работа меня больше не устраивает. Ты неаккуратна, поручения не выполняешь как следует. Я устала извиняться перед клиентами за твои ошибки и грубость. С этого дня ты уволена».

Отправителем значился её собственный телефон. Но Ирина точно помнила: сорок минут назад она садилась в машину. Никаких сообщений никому не писала. И претензий к работе Тани у неё никогда не было.

— Таня, послушай меня, — сказала она заплаканной девушке. — Я тебя не увольняла. И работой твоей всегда была довольна. Если бы решила расстаться с тобой, сказала бы сама, ты же меня знаешь. Похоже, в телефоне какой-то вирус. С ним я разберусь, а ты спокойно работай.

Вернувшись в кабинет, Ирина закрыла дверь и в ужасе вжалась в кресло. Теперь оставалось два объяснения: либо появился смертельный враг, готовый любой ценой отравить ей жизнь, либо она действительно теряла рассудок и уже не помнила собственных поступков.

Она решила заняться этим вплотную, отдать все силы поиску объяснения. Тут же записалась к психотерапевту, но принять её могли только завтра.

Ждать без дела Ирина не стала и позвонила Виктору, знакомому специалисту по системам безопасности.

— Приезжай, пожалуйста. У меня большие проблемы.

Что именно она скажет ему при встрече, Ирина представляла с трудом: от страха ей плохо думалось. Но в одном она не сомневалась — Виктор сумеет помочь.

Знакомы они были восемь лет. Когда в коттеджах и дорогих квартирах, над которыми работала студия, наступала пора устанавливать системы безопасности, Ирина всегда обращалась к нему. Он считался одним из лучших в своём деле, и доверяла она ему безоговорочно.

Не прошло и получаса, как Виктор вошёл в кабинет.

— Привет, — быстро сказал он, садясь напротив.

Ещё по телефону напряжённый голос Ирины подсказал ему, что случилась беда. Теперь он видел её необычную бледность и мелкую дрожь в руках: она суетливо перебирала бумаги, не находя им никакого применения.

Возле ноутбука стояла фотография. Виктор взял её: Ирина с букетом, рядом Павел.

— Что за мачо тут с тобой? — спросил он с непринуждённой улыбкой.

— Павел, мой жених, — нервно ответила Ирина. — Мы скоро собираемся пожениться.

— Вот оно как…

Она не заметила, что после этих слов его улыбка померкла. Виктор любил её уже много лет, но признаться не осмелился бы. Красивой и умной женщине, успешной в делах, хотя и не слишком уверенной в собственной привлекательности, нужен был, по его убеждению, мужчина состоятельный, удачливый, красивый. Куда ему — простаку и неудачнику.

Впрочем, со своими чувствами он быстро справился. У любимой женщины неприятности, а значит, сейчас нужно ей помочь.

— О женихе ещё успеешь рассказать, — продолжил Виктор. — Лучше объясни, что случилось.

Ирина начала с незнакомого силуэта, замеченного в своём окне. Рассказала о стуке в стену, о вещах, которые кто-то переставляет в квартире, и наконец показала, до чего дошло дело: секретарь получила сообщение об увольнении, отправленное с её телефона.

— Виктор, только пусть это останется между нами, — попросила она шёпотом. — Боюсь, что я схожу с ума.

Он не засмеялся, не бросился её успокаивать, не стал подталкивать наводящими вопросами. За плечами у Виктора было больше десяти лет следственной работы; удивить его было трудно…