Муж разговаривал с сыном за дверью, а женщина уже стояла в коридоре и слышала то, что он говорил

— А что мне говорить? Не думаешь, что вам надо было ещё двадцать лет назад вместе остаться? Не пришлось бы метаться от неё ко мне.

— Я же объяснял: я её не люблю. Даже как человек она мне не нравится. Жить с такой женщиной я бы ни за что не захотел.

— Ты не пробовал. Вот теперь и попробуешь. Поезжай к Оксане, Виктор. Мне следовало отпустить тебя тогда, после пруда. Так было бы правильнее.

— Никуда я не поеду. Мне нужна только ты.

— Тогда уйду я. Сегодня оставаться с тобой на ночь под одной крышей не могу.

Марина вышла из дома.

Куда идти, Марина пока не знала, да сейчас это и не имело значения. В глазах мужа она прочла надежду: он всё ещё ждал, что она простит его, сумеет забыть и смириться, как в молодости. Даже признав, что своим предательством погубил её чувства, Виктор рассчитывал на примирение. Она слишком хорошо знала его, чтобы ошибиться в этом.

Только тогда, много лет назад, её любовь оказалась сильнее боли и обиды. Та молоденькая девушка простила, потому что продолжала любить. Нынешняя Марина не находила смысла в новом прощении: уважение к человеку, который столько лет её обманывал, исчезло, и любовь скоропостижно умерла вместе с ним.

Она брела по ночным улицам, уже ни о чём не думая. Было тепло, по-весеннему, вокруг сияли неоновые огни, и Марина смотрела на них с удовольствием.

У перекрёстка перед ней выскочила собака. Хлопок — и автомобиль умчался, оставив пса на обочине. На всё ушло несколько секунд. Марина бросилась к нему, опустилась рядом. Следом за первой машиной ехала другая; она остановилась, и водитель, выскочив наружу, накинулся на Марину:

— Дура, куда смотришь? За собакой следить надо!

— Сам дурак! Она не моя!

Мужчина растерялся, оглянулся.

— А чья же?

— Не знаю я! Ты лучше помоги, его срочно к врачу нужно.

Спустя полчаса они сидели бок о бок на кушетке в коридоре ветеринарной клиники. Водителя звали Николаем. Помочь он помог, но теперь оба ждали самого страшного: врач не стал скрывать, что надежды мало.

— Шансов выжить у него немного.

Все свои беды Марина забыла. Она молилась про себя, пока через некоторое время ветеринар не вышел к ним снова — теперь уже с ободряющими словами:

— Мы сделали всё необходимое. Дальше дело за ним. Мне почему-то кажется, что он справится. Вам сегодня здесь больше нечего делать, помочь ему вы пока не сможете. Езжайте домой.

— Тебя куда отвезти? — спросил Коля на улице.

Стемнело окончательно. Марина поёжилась и пожала плечами:

— Даже не знаю.

Домой ей не хотелось. Можно было попроситься к подругам, но тогда пришлось бы отвечать на расспросы.

— Пойти некуда? Беда какая-то? — В голосе Николая было участие.

Марина взглянула на него снисходительно.

— На сегодня список добрых дел у тебя выполнен. Собаку спас, достаточно. Со мной не возись, я что-нибудь решу.

— А я без шуток. Если ночевать негде, могу устроить в настоящие хоромы.

— Это куда же?

— Тут рядом сестрина квартира. Они всей семьёй отдыхают за границей, а мне оставили кошку кормить. Можешь сегодня побыть вместо меня, если согласна. — Не дождавшись её решения, Коля достал ключи и протянул Марине. — Видишь серый дом напротив? Тебе туда. Подвезти могу, только на машине придётся кружить. Пешком через подземный переход быстрее. Ну как, годится?

Она нерешительно приняла ключи.

— Сестра-то твоя не рассердится?

— Да ты что! Она мировой человек. Не беспокойся, только кошку покорми. Муркой зовут.

— Спасибо тебе. — Марина благодарно улыбнулась. — Мне сейчас как раз нужны кошка и тишина.

— Вот и хорошо. Можешь и до 15-го остаться, если захочешь. Сестра тогда вернётся. А мне меньше ездить через весь город туда и обратно.

Николай не преувеличивал: квартира оказалась роскошной. Мурка сразу признала Марину своей и ходила за нею по пятам. Прежде чем лечь, Марина связалась с сыном и предупредила, чтобы ночью её не теряли. Уснула она на диване в гостиной, с кошкой рядом.

За эту ночь к ней вернулся покой — совсем неожиданно. Никто не умер. Измену она уже переживала, и тогда всё было труднее: сама молодая, ребёнок маленький на руках. Теперь она самостоятельная, крепко стоит на ногах. Чего ей бояться? От этих мыслей в голове становилось яснее…