Женщина пришла к жениху со своим ключом, но дверь осталась закрытой, а его мать высказалась о невесте сына

Из окна палаты Оксана Петровна смотрела, как по больничному дворику гуляет Лидия Сергеевна. Рядом с соседкой шли сын, невестка и двое внуков. В другой день к ней приходила дочь-студентка. Родные приносили гостинцы, рассказывали новости, не оставляли мать скучать. Потом Лидия Сергеевна щедро угощала Оксану Петровну принесённым, а сама словно сбрасывала несколько лет: глаза сияли, на щеках проступал румянец.

Оксане Петровне было тоскливо. Чужая радость вызывала в ней скорее не зависть, а болезненное чувство собственного одиночества. Глядя на соседку, она возвращалась мыслями к прожитой жизни и всё чаще допускала: наверное, где-то ошиблась. Иначе почему теперь, в пожилые годы, ей приходилось справляться с болезнью одной?

Друзья у неё оставались. Недавно приходила Инна, бывшая коллега. Оксана обрадовалась ей: было приятно посидеть рядом, поговорить с человеком из прежней жизни. Но визит быстро закончился, и Инна тут же умчалась обратно — к детям, внукам, на дачу, словно исполнила положенный ритуал дружеского участия. Оксана её не винила: у каждого достаточно хлопот. Но дети Лидии Сергеевны смотрели на мать совсем иначе. Они тревожились за неё, скучали, ждали выписки. А у Оксаны не было никого рядом.

Когда недавно дома прихватило сердце, именно это и напугало её больше всего: пустой дом, она одна, а что будет дальше — неизвестно. Вызвала скорую, и оказалось, что перестраховка спасла её. Врачи определили предынфарктное состояние; беду удалось предотвратить едва вовремя.

Молодой Оксане, полной честолюбивых замыслов, такое будущее не пришло бы в голову. Ведь у неё было всё: сын, муж, хорошая работа, ответственная должность с высокой зарплатой. Своими достижениями она гордилась — и служебными, и личными. Семья тоже представлялась ей проектом, требовавшим труда и вложений. Особенно много она вложила в единственного сына Леонида. Нелегко далось ей его рождение и воспитание — юной, неопытной девушке из деревни.

В родительской халупе, полуразвалившейся и тесной, вместе с Оксаной росли ещё пятеро братьев и сестёр. Старшей доставалось больше всех забот. Она таскала воду из колодца, присматривала за младшими, ухаживала за скотиной, готовила в печи обеды и ужины на всю семью. Полы приходилось мыть по нескольку раз за день: в доме они быстро становились грязными. К возвращению родителей всё должно было быть сделано. Старшей дочери в многодетной семье приходилось нелегко, а собственных дел и уроков у неё от этого меньше не становилось.

За работу её не благодарили. Зато за несделанное упрекали, хотя Оксане так хотелось хоть изредка заслужить одобрение матери и отца. Родители тоже трудились от зари до зари, но деревенских заработков едва доставало на необходимое. Ещё ребёнком Оксана решила, что для себя такой жизни не примет. Вырастет, получит образование и профессию, которая позволит хорошо зарабатывать.

К шестому классу у этого решения появилось точное название: экономист. Оксана хотела жить в городе, в просторной квартире, покупать одежду в дорогих магазинах, ездить на красивой машине. За всем этим стояла учёба. Она понимала, сколько придётся заниматься, и занималась, хотя домашние обязанности никуда не исчезали. Совмещать их с уроками было трудно, а поддержки ждать не приходилось.

— Выдумала себе блажь, — говорила мать. — Ничего такого не будет. Только зря мечтаешь.

Отец отвечал мягче, но предлагал подумать о чём-нибудь осуществимом. Несколько раз он советовал после школы пойти на ферму, где сам работал водителем. Там время от времени освобождались места: то доярка уходила в декрет, то птичница. Это был понятный родителям путь — работа рядом, пусть и без особых перспектив. Оксане такие предложения не подходили. Она хотела другого и ради этого не ограничивалась мечтами: училась, держалась за свою цель и не собиралась менять её на привычную деревенскую жизнь.

В её возрасте такая настойчивость и ясность желаний встречались нечасто. Сама Оксана не считала это особым достоинством: ей казалось естественным поступать именно так. Позднее этот железный стержень не раз помогал ей выдержать трудности, удержаться на плаву и снова устремиться вверх.

Красный аттестат стал неожиданностью для родителей. Они не следили за школьными успехами дочери: за двойки и прогулы не вызывают — уже хорошо. Поэтому и теперь радости, какой ждала Оксана, не получилось. Мать с отцом не понимали, чем был для неё этот документ. В нём заключались годы усилий и подтверждение её собственной правоты: многое достижимо, если хотеть и работать.

Выбрать городской колледж и подготовить документы помогла классная руководительница. Она же добилась для способной ученицы места в общежитии и стипендии как для иногородней. До окончания школы Оксана побывала в городе всего дважды, оба раза ненадолго. Она не знала даже простого: как добраться куда нужно, что взять с собой, как разговаривать с людьми. Всё там было незнакомым — дорога, новый порядок, люди. Без взрослого человека, который поддержал её тогда, закрепиться в городе было бы куда труднее.

Эту помощь Оксана помнила всю жизнь. Уже состоявшись в профессии, она каждый год поздравляла учительницу с днём рождения и Днём учителя. Классная руководительница не осталась равнодушной к её будущему, и Оксана знала, как много это изменило.

В колледже сложнее всего оказались не занятия. Учиться она любила и умела, а выбранное экономическое направление ей подходило. Зато к городскому распорядку, к людям и их привычкам приходилось приспосабливаться. На Оксану поначалу поглядывали косо, и она замечала: то выглядит не так, то говорит или делает что-то непривычное окружающим. Это не заставило её отступить. Оксана понимала, что многого пока не знает, и училась не только экономике, но и тому, как жить в новом для неё городе.

Она наблюдала за другими и мотала на ус. Иногда спрашивала, иногда молча делала выводы. Наряду с экономикой осваивала городскую жизнь, и ко второму курсу уже не чувствовала себя такой чужой. Появились подруги. Домой теперь не тянуло совсем: родная мазанка стала невыносима даже на вид, а деревня казалась серой, убогой, неказистой.

Родители ещё долго сомневались, что дочь удержится в городе. После второго курса сомневаться стало трудно: Оксана оказалась настоящим бойцом и умела побеждать.

— Есть за что тобой гордиться, дочка, — сказал отец, приехав навестить старшую.

Мать ничего не добавила, но её взгляд говорил о той же гордости. Для Оксаны это значило многое.

Колледж она закончила с красным дипломом и устроилась на местную фабрику помощницей бухгалтера. Зарплата была невелика, зато работа обещала рост: Оксана видела в ней возможность двигаться дальше. Ещё одним приобретением стала комната от предприятия — её выхлопотала главная бухгалтерша, пожилая, жалостливая женщина. Оксана получила крышу над головой. Жила на птичьих правах, но всё-таки это было несравнимо лучше, чем остаться без жилья. Теперь у неё имелись и работа, и собственное место в городе, пусть пока не своё по-настоящему.

Работой она не ограничилась — поступила на заочное отделение вуза. Продолжать образование посоветовала та же начальница, с материнской теплотой относившаяся к старательной помощнице.

— Получишь высшее — сможешь выбирать должности получше, — говорила она с улыбкой. — Не останавливайся сейчас, учись дальше.

После учительницы Оксане снова встретился человек, которому было не всё равно. Порой казалось, будто весь мир состоит из таких людей. Это поддерживало её и радовало. К своей цели она шла семимильными шагами: деревенская простушка из бедной многодетной семьи, которой прочили работу на ферме, сумела вырваться и устроить жизнь иначе.

Между работой и занятиями Оксана много читала, смотрела фильмы, училась у их героинь. Жизнь в глухой деревне, вдали от цивилизации, оставила немало пробелов; теперь она торопилась наверстать упущенное. Свидания на этом фоне представлялись глупостями, на которые некогда тратить силы. И всё же молодость оставалась молодостью, а парни не проходили мимо неё равнодушно.

Деревенский свежий воздух словно сохранился в её внешности: чистая кожа с лёгким румянцем, белоснежные зубы, густые русые волосы. Особенно выделялись большие серые глаза, обрамлённые тёмными ресницами. Оксана знала, что хороша собой, а в городе научилась ещё и подчёркивать свои достоинства. Комплиментами и приглашениями её было не удивить.

Другой девушке такое внимание вскружило бы голову. Оксану удерживала цель — её путеводная звезда. Когда-нибудь она обязательно выйдет замуж, но рядом должен быть человек, с которым можно выбраться на поверхность, а не тот, кто потянет вниз. Город уже показал ей, сколько значат деньги и связи. Выбирать мужа следовало серьёзно.

Молодой охранник их офиса Григорий, возможно, и нравился ей. Добрая широкая улыбка, лучистые, весёлые глаза — симпатичный парень. Только нужен был другой. Пока же работа с учёбой забирали столько сил и времени, что ухаживания Григория оставались без ответа. Как и попытки остальных молодых людей сблизиться с Оксаной.

Святослава она впервые увидела на празднике, устроенном к юбилею завода. Один из начальников отделов привёл племянника с собой. Тот сидел среди руководства, ближе к главе стола: молодой, красивый, в белой рубашке и строгих брюках. Но Оксану привлекла не одна внешность. В его манере держаться чувствовались достоинство, сила, уверенность, которую трудно было выразить словами.

И ещё у него были удивительные глаза — бирюзовые, словно два глубоких озера с прозрачной, чистой водой. Оксана была слишком молода, чтобы остаться к такой красоте равнодушной. Святослав держался отстранённо, почти холодно. Заводские красавицы кокетничали с ним, а он не откликался на заигрывания. Оксане это нравилось ещё больше.

Сама она наблюдала издали. Даже подойти было страшно, не то что попытаться привлечь внимание. Не по Сеньке шапка. Ей, деревенской девчонке, едва начавшей выбираться на поверхность, такой молодой человек казался недоступным. Наверняка вокруг него хватало стильных красавиц из богатых семей — воспитанных, уверенно чувствовавших себя в обществе. Они могли бы составить ему пару. Оксана — едва ли.

От громкой музыки и пустых светских разговоров она устала и вышла на балкон. С подругами праздник был бы веселее, но приглашения получили лишь лучшие сотрудники отделов. Оксану выбрали, их — нет. Оставшись одна, она смотрела вниз, на красивый парк в праздничных огнях, где гуляли работники завода. Многие успели напиться. Оксана наблюдала за ними молча; ей не хотелось возвращаться в зал, где приходилось поддерживать разговоры, не значившие для неё ничего.

Оксана снова делала выводы. Некоторые взрослые коллеги вели себя некрасиво, говорили лишнее, и она пообещала себе на подобных вечерах всегда сохранять сдержанность. Не пить, не болтать того, чего не следует.

— Вам там тоже стало скучно? — мягко спросили за спиной.

Оксана обернулась — и на несколько мгновений потеряла дар речи. Перед ней стоял Святослав. Те самые бирюзовые глаза смотрели прямо на неё. То, что он подошёл сам, было настолько неожиданно, что она надолго запомнила это мгновение.

— Можно я немного побуду рядом? Мне бы здесь спрятаться.

— А от кого? — наконец выговорила Оксана.

Хорошо, что мысли нельзя прочитать. Он бы узнал, как действует на неё одно его присутствие. Впрочем, Оксана не была уверена, что лицо её не выдаёт.

— Есть тут Жанна, — улыбнулся Святослав. — Прохода мне не даёт. Ещё немного — сама замуж позовёт. Вот я и ищу от неё укрытие.

— Жанна… — повторила Оксана.

Конечно, она заметила сотрудницу юридического отдела, которая особенно настойчиво вилась вокруг него. Дома у Жанны были муж и двое детей, но ухаживать за Святославом это ей не мешало.

Издали он казался холодным, неприступным принцем. Сейчас рядом с Оксаной оказался весёлый и дружелюбный молодой человек, от которого исходило тепло. Она заметила в его взгляде интерес, и сердце затрепетало, как пойманная в силки птица. Оксана старалась успокоиться: наверняка ей только кажется. Но он стоял здесь, улыбался ей, и его заинтересованность было трудно отрицать.

Разговор переходил с погоды на скучный, нарочито пышный праздник, с праздника — на книги и фильмы. Обоих приятно удивило, как часто совпадали их вкусы. Незаметно появилось «ты», исчезла неловкость. Они уже чувствовали себя ближе, когда Святослав предложил уйти.

— Давай лучше прогуляемся. Мне здесь всё надоело, особенно Жанна. Я ей прямо отказываю, а она будто не слышит.

Никого не предупредив, они сбежали с торжества. По городу шли, держась за руки, смеялись и ели мороженое. А когда совсем стемнело, поцеловались.

Затем начались свидания, в реальность которых Оксана ещё не вполне верила. Святослав звал её то гулять, то в кино, то в кафе или ресторан. Он не повторялся, всё время придумывал что-нибудь, чтобы удивить её, порадовать, рассмешить. Ему нравился смех Оксаны, и он говорил ей об этом. Она была счастлива: умный, красивый, настоящий принц выбрал именно её. И дело уже было не в его семье или положении — теперь она пошла бы за ним и в том случае, если бы он, как Григорий, работал охранником.

Но семья Святослава была состоятельной и влиятельной. Жили они в Большеграде, а сюда приехали погостить у брата его отца — того самого заводского руководителя. Мать занимала должность главного бухгалтера в столичном торговом центре, отец руководил отделом департамента строительства. Святослав был их единственным, поздним и горячо любимым ребёнком.

Ему ни в чём не отказывали, но и требовали немало. Потому избалованного, капризного сына из него не вышло. Английский, шахматы, математика вошли в его жизнь рано; повзрослев, он продолжал много учиться. Затем с помощью отца устроился в министерство. Теперь много работал, хотел добиться большего — в этом они с Оксаной походили друг на друга.

Она знала о его квартире в Большеграде. Когда-то даже мысли о жизни в столице не допускала, а теперь всё будто шло именно к этому. Святослав часто говорил о любви, называл её особенной.

— Ты удивительно красивая. И всё-таки дело не только в красоте — ты совсем другая.

— Какая же? — спрашивала Оксана, которой хотелось понять, что он видит в ней.

— Особенная. Лучше всех. В тебе столько взрослого, ты знаешь, чего хочешь. До тебя я встречал одних капризных девушек. Искренности ни капли — только позируют и притворяются.

Оксана улыбалась. Цена этой взрослости была известна лишь ей самой. Святослав не знал, через сколько трудностей пришлось пройти, чтобы стать такой.

Он был уверен, что расставаться им больше незачем. Собирался забрать её в Большеград и жить вместе в своей квартире. Оксана этого хотела, но планы звучали слишком сказочно. Она старалась не заглядывать вперёд и радовалась тому, что он пока рядом.

Однако отпуск его родителей подходил к концу, да и Святославу пора было возвращаться на работу. Перед отлётом он, как уже бывало, остался у Оксаны на ночь.

— Я люблю тебя, — уверял он. — Обязательно за тобой вернусь.

Она улыбалась и хотела верить каждому слову. Всё же внутри оставалось сомнение: вряд ли так случится. Даже за те несколько недель, которые им выпали, Оксана была благодарна судьбе.

После его отъезда тоска не отпускала. Оксана пыталась забыть Святослава, убедить себя, что отношения закончились, но всё время думала о нём. Наверное, дома, в Большеграде, у него есть девушка. Здесь он мог искренне верить в свою любовь, а вернувшись в привычную жизнь, осознал, что с Оксаной у него было лишь приключение.

Святослав всё-таки прилетел. Закончив срочные дела на работе, решил сделать сюрприз. В тот вечер Оксана возвращалась домой и сперва даже не заметила его у подъезда. Он сидел там, терпеливо дожидаясь её, и успел замёрзнуть.

Теперь он настойчиво звал её переехать. Оксане предстояло оставить жильё — чужое, но уже любимое, родное, — и завод, где она успела заслужить уважение. Решиться было трудно. Однако Святослав умел убеждать. Да и он был тем самым принцем, о котором она прежде даже мечтать не смела.

В конце концов Оксана согласилась.

Большеград встретил её размахом и многолюдьем. Он оглушал, ошеломлял, казался городом, который никогда не засыпает. Люди бесконечно куда-то спешили. А в большой, светлой, стильно обставленной квартире Святослава Оксана чувствовала себя героиней фильма: прежде подобные интерьеры видела лишь на экране.

Поначалу она растерялась. Святослав помог освоиться: поддерживал, ободрял, окружал заботой. С его помощью нашлась и работа. Должность оказалась значительно ниже оставленной, зато зарплата удивила Оксану своей величиной.

— Так это же Большеград, — отвечал Святослав, разводя руками, когда она начинала расспрашивать и удивляться. — Здесь дорого жить. Ничего, скоро привыкнешь.

Она привыкла — и полюбила этот шумный город, где находилось столько красивого и интересного. Теперь Оксана чувствовала себя состоявшейся, счастливой. Будущее представлялось светлым. Святослав щедро дарил подарки, они часто ужинали в ресторанах. Одежду она покупала в дорогих магазинах, как когда-то мечтала. В её жизни нашлось место работе, любви и путешествиям.

Постепенно первые восторги сменились более спокойной близостью. Конфетно-букетная пора осталась позади, они жили сообща, по-семейному. Оксане нравилось и это — ощущение, что она совсем взрослая и у неё есть собственная семья.

Только знакомство с его родными всё откладывалось. Отношения длились уже достаточно долго, стали серьёзными, однако на юбилей отца Святослав отправился один.

— У меня родители своеобразные, понимаешь? — объяснил он. — Пока не хочу им всё рассказывать. Давай немного позже.

Оксана ждала. Это «позже» непременно должно было наступить: они ведь поженятся, Святослав сам порой заводил об этом разговор. Значит, и с родителями ей рано или поздно предстояло познакомиться.

Новость о ребёнке застала Оксану врасплох. Она рассказала Святославу о беременности и, пока ждала ответа, успела испугаться ещё сильнее. В её представлении семейная жизнь должна была складываться в строгой последовательности: сначала свадьба, затем дети. Теперь всё получилось наоборот.

Святослав растерялся. Новость явно ошеломила его: он не сразу нашёлся, что сказать. Но затем в его голосе будто прозвучала радость, и Оксана уловила эту перемену.

— Вот это да… Значит, мы станем родителями?

Эти слова немного успокоили Оксану. Да, Святослав ещё не оправился от неожиданности, но и несчастным не выглядел. Их планы сбились — разве это катастрофа? Ребёнок был радостью, а со всеми остальными трудностями они могли справиться вдвоём.

О работе всё же пришлось задуматься. Оксана собиралась сначала построить карьеру и лишь потом стать матерью, а теперь продвижение придётся отложить. Ей было жаль упущенного времени, однако рядом оставался Святослав, и это позволяло верить, что они всё преодолеют.

Она ждала предложения, но Святослав не спешил говорить о свадьбе. Наконец Оксана решила сама завести разговор: раз они ждут ребёнка, отношения пора узаконить. Однако поговорить не удалось. Святослав внезапно уехал в срочную командировку и сообщил об этом по телефону.

— Вернусь, всё решим.

Уверенности в его голосе Оксана не услышала, но постаралась не придавать этому значения. У Святослава была серьёзная, ответственная должность, и на работе могло случиться что угодно.

На следующий день её ключ не вошёл в замок.

Оксана несколько раз попробовала открыть дверь, присмотрелась и поняла: замки заменили. Кто мог это сделать и куда теперь идти, она не представляла. Всё происходящее казалось немыслимым. Обессилев, Оксана опустилась на корточки возле двери.

Та неожиданно распахнулась. На пороге появилась высокая статная женщина с уложенными седыми волосами. Яркий, но безупречный макияж, стильная одежда, властная осанка — Оксана сразу узнала мать Святослава. Сходство было явным: тот же цвет глаз, линия губ и разлёт бровей.

Выражение лица незнакомки не обещало ничего хорошего. Она разглядывала Оксану почти с брезгливостью.

— Ты, должно быть, та самая Оксана. Именно такой я тебя и представляла. Деревней от тебя за версту несёт.

Оксана растерянно смотрела на неё, не находя ответа. Она никак не ожидала увидеть здесь мать Святослава, тем более услышать от неё подобное.

— Заходи, — женщина шире открыла дверь. — Нам нужно поговорить. Незачем посвящать соседей в наши дела.

Оксана вошла на негнущихся ногах. Квартира, успевшая стать почти родной, в присутствии этой строгой женщины разом изменилась. Теперь она казалась чужой, незнакомой и холодной. Оксана чувствовала себя здесь лишней.

— Людмила Васильевна. Мать этого болвана Святослава, — представилась хозяйка.

Оксана молча кивнула. Представление ничего не проясняло: она и без того уже поняла, кто перед ней.

— Сын рассказал мне о тебе и ваших отношениях. Я давно догадывалась, что у него кто-то есть, но не вмешивалась. Молодой парень, пусть гуляет. Только просила его быть осторожнее. Вокруг полно охотниц до богатых молодых мужчин, а Святослав для таких — лакомый кусочек. Я считала, что он это понимает. Столько раз предупреждала, а он всё равно угодил в самую банальную историю. Ну просто как в анекдоте.

Людмила Васильевна недобро усмехнулась.

— Передо мной святую изображать не надо. Я тебя насквозь вижу. Скажи честно: ты соврала о беременности или и правда залетела?

— Я не лгала.

— Тем хуже. Впрочем, твоя беременность ничего не меняет. Я дам тебе деньги, а ты сделаешь прерывание.

Оксана инстинктивно прижала руку к животу. Ребёнка она уже любила всей душой. Ей казалось, что родится мальчик; она перебирала имена, хотя ни на одном ещё не остановилась и знала, что торопиться пока некуда.

Людмила Васильевна истолковала её движение безошибочно.

— Не хочешь? Что ж, хуже будет тебе. Значит, станешь растить ребёнка одна. На Святослава и на нашу семью не рассчитывай. А попробуешь чего-нибудь потребовать — добьюсь, чтобы тебя обвинили в мошенничестве. Связей у меня достаточно, можешь не сомневаться.

— Но Святослав радовался ребёнку.

— Сначала радовался, пока я не объяснила ему, кто ты такая. Он меня понял и согласился со мной. Розовые очки разбились: влюбился по молодости, с кем не бывает, а теперь прозрел. Святослав сам попросил помочь, потому что понимал — отделаться от тебя будет непросто. Я мать и, конечно, не могла ему отказать.

Оксана слушала, но слова Людмилы Васильевны оставались лишь её утверждениями. Сам Святослав ничего подобного Оксане не говорил. Он уехал, пообещав вернуться и всё решить.

— Его отец договорился о переводе, — продолжала Людмила Васильевна. — У Святослава теперь работа в другом городе и новая жизнь. Вернётся он нескоро, скорее всего, уже женатым на девушке, которая ему подходит. Во второй раз на те же грабли, надеюсь, не наступит. А ты поступай как знаешь. Деньги на прерывание лежат на кухонном столе. Потратишь их именно на это или иначе — твоё дело.

Она спокойно сообщила и остальное: замки поменяла она, а Оксана должна немедленно покинуть квартиру Святослава.

— На сборы даю полчаса.

Оксана медленно кивнула.

— Вот и отлично. Через полчаса я вернусь. Если ты ещё будешь здесь, вызову полицию. К этой квартире ты никакого отношения не имеешь и без моего разрешения находиться в ней не можешь. Так и до тюрьмы недалеко.

Оставаться Оксана всё равно не собиралась. Как только Людмила Васильевна вышла и прикрыла за собой дверь, она начала торопливо собираться. Взяла документы и немного одежды — только то, что могло понадобиться в первое время.

Деньги Людмилы Васильевны так и остались на кухонном столе. Оксана к ним не прикоснулась.

Мысли о Святославе мучили её, однако на долгие переживания не оставалось времени. Нужно было искать жильё и устраивать жизнь заново. Оксана сняла небольшую квартиру и принялась откладывать всё, что могла: скоро она уже не сможет работать, а после рождения мальчика придётся постоянно ухаживать за ним. Денег требовалось собрать хотя бы на первое время.

Большеград был дорогим городом, и накопить хотя бы на первые месяцы оказалось непросто. Возвращаться туда, откуда Оксана приехала, она не стала. Там у неё не было ни квартиры, ни работы, а в большом городе всё-таки легче найти заработок. К тому же Большеград она успела полюбить.

Ей было страшно и тяжело. Предательство Святослава оставило глубокую рану, но Оксана старалась реже думать о нём, не плакать и не расстраиваться. Она боялась, что переживания повредят малышу, и считала своим долгом родить здорового ребёнка, а потом вырастить его достойным человеком.

В положенный срок у неё родился крепкий здоровый мальчик. Его назвали Леонидом. У сына оказались удивительные бирюзовые глаза — совсем как у отца. Несмотря на всё, что сделали Святослав и его семья, Оксана радовалась этому сходству. Пусть внешностью Леня пошёл в красивого отца, лишь бы характер унаследовал материнский. Впрочем, многое зависело и от воспитания.

Впервые взяв сына на руки, Оксана почувствовала, что ради него способна горы свернуть. Прежде она не знала в себе такой силы.

Эйфория закончилась вместе с накоплениями, которые удалось сделать до рождения ребёнка. Реальность оказалась непривлекательной: Оксана была одна с младенцем в огромном городе и не могла рассчитывать ни на чью помощь. Пособия едва хватало на аренду, а на жизнь денег почти не оставалось.

Пришлось искать работу с плавающим графиком. Единственным доступным вариантом оказалась уборка. По утрам, пока маленький Леня спал, Оксана мыла подъезды своего дома, потому что иначе им было не выжить.

Работа изматывала. Холодная вода с хлоркой, тяжёлые вёдра, жёсткие тряпки, грязь, плевки и то, что жильцы оставляли на площадках, — со всем этим она сталкивалась каждый день. От моющих средств руки постоянно покрывались сыпью.

Но сильнее усталости была тревога за сына. Оксане всё время чудилось, что Леня уже проснулся, горько плачет в кроватке и не понимает, почему мама бросила его одного. Она торопилась закончить очередной подъезд и вернуться к малышу.

Платили немного, однако этих денег хватало, чтобы держаться на плаву. Выбора у неё не было. Без этой работы они с Леней не смогли бы пережить то время.

К вечеру Оксана порой чувствовала себя почти неживой. Её ничто не радовало, ничего не хотелось. Она мечтала совсем о другой судьбе и не представляла, насколько тяжело окажется одной растить ребёнка.

Родители помочь не могли: в деревне они сами едва сводили концы с концами. Пятеро братьев и сестёр жили не лучше. Более того, родные считали Оксану самой успешной в семье и ждали поддержки от неё.

Домой она часто возвращалась без сил и сразу ложилась спать. Спасало лишь то, что Леня оказался подарочным ребёнком — спокойным, здоровым, развивавшимся как положено. Казалось, он понимал, как трудно матери, и старался не прибавлять ей забот.

У Оксаны болела спина, глаза закрывались от усталости, но она ни разу не пожалела, что сохранила беременность. Ничего столь сильного и тёплого она прежде не испытывала. Леня стал её счастьем, светом и смыслом жизни.

Когда сын подрос и пошёл в детский сад, жизнь начала понемногу налаживаться. Оксана умела пахать и привыкла добиваться поставленного. Вернувшись в профессию, она быстро стала подниматься по карьерной лестнице. Теперь у неё была одна главная цель — поставить Леню на ноги и дать ему всё необходимое, а по возможности и больше.

После перерыва приходилось заново вникать в работу и многому учиться. Оксана бралась за новые проекты, искала подработки, самостоятельно добывала нужную информацию. Занималась этим поздно вечером, когда домашние дела были закончены, а сын уже спал. При этом она старалась уделять время и ему, ведь весь её труд имел смысл только ради Лени.

Долгое время Оксана спала по четыре-пять часов в сутки. Постоянная усталость стала привычной, и она старалась её не замечать.

Упорство приносило результаты. Со временем Оксана получила высокооплачиваемую должность. Зарплаты хватало на хорошую съёмную квартиру, поездки в отпуск с сыном и даже на сбережения. Она понемногу копила на собственное жильё.

Леонид рос здоровым и способным. Учился хорошо, хотя особенных усилий для этого будто не прилагал, увлекался математикой и шахматами. Чем старше он становился, тем сильнее внешне напоминал Святослава: те же правильные черты и бирюзовые глаза. Оксана радовалась, что сходство оставалось лишь внешним.

Святослав и его родные больше в их жизни не появились. В самые тяжёлые годы, когда Леня был маленьким, а Оксане приходилось работать на износ, она иногда надеялась: Святослав найдёт их, попросит прощения и возьмёт под своё крыло.

Шло время, но этого не случилось. Сама Оксана искать встречи не собиралась. Людмила Васильевна когда-то всё объяснила предельно ясно, а Святослав даже не поговорил с Оксаной лично, предоставив матери избавиться от беременной невесты. Такой человек ей был не нужен.

Оксана тревожилась, сумеет ли одна достойно воспитать мальчика. Однако Леонид видел, как трудно матери, и рано начал брать на себя посильные взрослые обязанности. Он ходил в магазин, прибирался и даже готовил ужин.

В школе Леня учился на отлично и не раз становился призёром математических олимпиад — и школьных, и городских. Оксана гордилась сыном, а вместе с ним и собой. Всё, к чему она стремилась через боль, недосып и бесконечный труд, постепенно становилось реальностью.

В конце концов ей удалось купить первую собственную квартиру — светлую просторную трёшку с огромной кухней. Переезд стал для Оксаны и Лени настоящим праздником: наконец всё вокруг принадлежало им, а не чужим хозяевам.

К тому времени Оксана уже возглавляла экономический отдел на заводе. Должность была нервной и ответственной, зато труд оплачивался достойно. Успех придавал ей сил.

Леня взрослел с умопомрачительной быстротой. Оксана всё чаще думала, что из-за постоянной работы пропустила часть его детства. Ещё недавно он был малышом, а теперь превратился в худенького, трогательного и очень симпатичного подростка. У него появились друзья и, кажется, первая девочка, хотя с матерью он этим не делился.

Оксана понимала: в таком возрасте это естественно. Но вместе с пониманием пришло одиночество. Пройдёт ещё немного времени, сын окончательно повзрослеет и выпорхнет из гнезда, а она останется одна.

До сих пор вся её жизнь состояла из работы, домашних дел и заботы о ребёнке. Когда-то другого пути Оксана не видела: если не она, то кто позаботится о Лене? Теперь ей захотелось, чтобы рядом был взрослый человек, способный понять, поддержать и помочь.

После предательства Святослава она долго не доверяла мужчинам и в каждом ожидала обмана. На романы не находилось ни времени, ни сил. Но годы прошли, рана затянулась, и Оксана почувствовала, что готова к новым отношениям.

Только знакомиться было не с кем. Она давно перестала быть юной девушкой, а все подходящие мужчины, как ей казалось, уже состояли в счастливых браках.

Роман появился в её жизни сам. Он приехал на завод к директору по делам. После долгого совещания в конференц-зале руководитель попросил Оксану познакомить гостя с финансовыми отчётами.

Роман владел собственным бизнесом и рассматривал возможность сотрудничества с заводом. Прежде чем принять решение, он хотел изучить некоторые показатели, и Оксана предоставила ему нужные сведения.

Мужчина понравился ей сразу. В нём чувствовалось удивительное спокойствие: размеренный голос, уверенный взгляд, мягкая улыбка. Рядом с ним Оксане было уютно, и ей хотелось продлить встречу.

Когда деловая часть закончилась, Роман не ушёл, а перевёл разговор на другие темы. Оксана охотно его поддержала и вскоре заметила, что тоже заинтересовала гостя.

Роман рассказал, что разведён. У него было двое почти взрослых детей, которые жили и работали в других городах. С бывшей женой он сохранил нормальные отношения: они расстались по обоюдному согласию, когда дети выросли, а брак исчерпал себя. Ни желания, ни необходимости продолжать совместную жизнь у них не осталось.

Оксана и Роман начали встречаться. Рядом с ним она отдыхала душой. Узнав, через что ей пришлось пройти, Роман стал ещё больше уважать её за силу, упорство и целеустремлённость.

— Ты всю жизнь трудилась. Теперь тебе пора отдохнуть.

Он действительно дал ей эту возможность. Оксана вышла за Романа замуж, и они вместе с Леонидом переехали в его большой дом. Нуждаться им больше не приходилось.

Роман быстро нашёл общий язык с Леней. Мальчик и сам тянулся к нему: ему явно недоставало мужского внимания и общения. Отцом и сыном они не стали — Леонид был уже слишком взрослым, — зато между ними возникли тёплые дружеские отношения. Оксана радовалась, наблюдая за ними.

Роман научил её отдыхать. У Оксаны появилось свободное время: она стала ходить в спа-салоны, могла лечь перед телевизором с чем-нибудь вкусным и смотреть сериалы. Муж даже предлагал ей оставить работу, однако она отказалась. Экономический отдел был её детищем, увлечением и важной частью жизни, а в роли домохозяйки Оксана себя не представляла.

С Романом она открыла и другие способы проводить время. Они сплавлялись по рекам вместе с опытными путешественниками, ездили по необычным некурортным местам, бывали за границей. С ним было интересно и просто гулять по городу. По выходным Роман иногда возил Оксану и Леонида на пикники, выбирая в окрестностях места, от красоты которых захватывало дух.

Жизнь рядом с ним казалась нескончаемым праздником. Роман стал Оксане родным человеком. Порой ей чудилось, что он читает её мысли: угадывает желания, замечает настроение, проявляет мягкость и чуткость.

В бизнесе Роман был совсем другим — настоящей акулой, решительным и безжалостным хищником. Однако коллеги и даже конкуренты уважали его за справедливость и нерушимые принципы. Оксане было приятно видеть, как относятся к её мужу окружающие.

Теперь Роман помогал ей растить Леонида, и Оксана доверяла ему во всём. Когда она поняла, что больше не несёт ответственность за сына в одиночку, у неё словно гора свалилась с плеч. Стало легче даже дышать.

Оксана была счастлива — так полно, как прежде не смела и надеяться.

Ещё несколько лет пронеслись почти незаметно. Леонид окончил университет с красным дипломом и сразу получил престижную работу с высокой зарплатой. В нём ценили перспективного молодого сотрудника, способного многого добиться. После выпуска Роман подарил ему квартиру, а Оксана — дорогую машину. Теперь сын жил отдельно, хорошо зарабатывал и вполне обходился без родительской помощи.

Для будущей работы с иностранными партнёрами Леонид в совершенстве выучил английский. Заниматься он начал ещё мальчишкой: посещал специальные студии, а на каникулах ездил в языковые лагеря, большинство из которых находилось за границей. Иногда Оксана смотрела на него и не могла поверить, что этот красивый, уверенный в себе мужчина — её ребёнок.

Настоящий принц. Так Оксана думала о сыне, невольно вспоминая Святослава. Леонид унаследовал от отца не только внешность. Он держался с тем же внутренним достоинством, и в нём угадывалось какое-то врождённое благородство. Оксана любовалась им и гордилась тем, какого человека сумела вырастить.

Отдельная жизнь не отдалила Леонида от матери. У него появились собственные дела и интересы, но он часто звонил Оксане, рассказывал новости, расспрашивал, как она поживает. Теперь ей хотелось одного: чтобы сын встретил достойную девушку и создал семью. Тогда у неё с Романом появятся внуки, и уж тут они наверстают всё, на что когда-то не хватало времени.

В детстве Леонида Оксана слишком много работала. Спокойные прогулки по парку, настольные игры, пикники — все эти милые мелочи неизменно уступали место более срочным заботам. Зато с внуками они с Романом станут самыми вовлечёнными бабушкой и дедушкой. Оксана в этом не сомневалась и ждала дня, когда сын наконец приведёт в дом невесту.

Одновременно её тревожила неопытность Леонида. Вокруг обеспеченных и успешных молодых мужчин всегда хватало девушек, готовых воспользоваться ими, втянуть в неприятную историю или обманом завладеть их деньгами. О подобных случаях рассказывали знакомые, их показывали в новостях. Оксана часто пересказывала сыну такие истории, надеясь, что он мотает на ус и не позволит кому-нибудь поймать себя на крючок.

Однажды Леонид предупредил мать, что пригласил на семейный ужин свою девушку Дарину. Отношения у них, как он дал понять, были серьёзные — дело шло к свадьбе. Оксана, ещё недавно мечтавшая о невесте, растерялась: всё произошло слишком быстро. Влюблённый и немного растерянный вид сына подтвердил её опасения лучше любых слов.

Оксана принялась расспрашивать, где Дарина училась, кем работает и кто её родители, но Леонид лишь загадочно улыбнулся.

— Узнаешь всё при встрече. Если я сейчас начну рассказывать, ты всё равно не поймёшь. Тебе нужно самой её увидеть, поговорить с ней. Она особенная.

К ужину Оксана готовилась так старательно, будто предстояло торжество. Накрыла роскошный стол и даже купила себе новое платье. Роман добродушно посмеивался над женой, хотя по нему было заметно: знакомство с избранницей Леонида волнует и его.

Когда Леонид ввёл Дарину в дом, у Оксаны от первого взгляда сердце ушло вниз. Девушка оказалась невысокой, худенькой, почти неприметной — серая мышка. На ней было недорогое платье; зато сумка и туфли были известных марок. Оксана сразу решила, что сын купил их Дарине. Девушка держалась тихо, с робкой улыбкой, и это лишь укрепляло Оксану в её подозрениях.

Дарина держалась скромно, даже зажато, и смотрела на хозяев дома с робкой улыбкой. Тихая, добрая, трогательная — именно такой она старалась казаться, решила Оксана. Леонид, привыкший к ярким, эффектным, капризным девушкам, конечно же, попался. Дарина выбрала безошибочную приманку и прекрасно знала, чем привлечь такого мужчину.

— Добро пожаловать, — произнесла Оксана с улыбкой, которая стоила ей немалых усилий, и пригласила всех к столу.

За ужином выяснилось, что Дарина выросла в деревне и рано осиротела. Дом её семьи вспыхнул, как спичка; родители погибли, не спасся никто. Самой Дарине повезло лишь потому, что той ночью она гостила у соседской подруги. После пожара девочка оказалась в детском доме.

Там заметили её способности к химии и биологии, помогли поступить в медицинский колледж. Дарина окончила его с отличием и теперь работала медсестрой в местной больнице. О своей профессии она рассказывала с таким живым блеском в глазах, что Оксана на короткое время почувствовала и симпатию, и жалость к ней.

Но жалости Оксана сразу не дала взять верх. Она велела себе рассуждать трезво. У Дарины не было ни денег, ни жилья, ни близких, на чью поддержку можно рассчитывать. Работа — тяжёлая, зарплата — маленькая, а сколько-нибудь заметных перспектив Оксана для неё не видела. Зато стремления у таких девушек, думала она, порой бывают непомерными: хочется красивой, беззаботной жизни, а добиться её самой трудно. Вот Дарина и нашла неопытного Леонида, решила Оксана. Выйдет за него, получит права на имущество и деньги — и добьётся своего. Такие девушки, по её мнению, отлично разбирались в законах.

Весь вечер она сдерживалась, не желая устраивать сцену при сыне. Любой открытый выпад мог всё испортить и сыграть на руку ловкой Дарине, которую Оксана, как ей казалось, видела насквозь. Но едва молодые ушли, выдержка закончилась.

— Этой мерзавки в нашей семье не будет.

— Почему? — Роман удивился совершенно искренне. — По-моему, Дарина — хорошая девушка. Леонид будет с ней счастлив.

— Ты ничего не понимаешь. Его нужно спасать! Он уже о свадьбе говорит. Какая свадьба? Ты представляешь, какой это будет ошибкой?

— Послушай, ведь твоя собственная история была похожей. Когда-то ты находилась на месте Дарины, и родители Святослава думали о тебе примерно то же самое.

— Даже не сравнивай нас. Я училась, пахала и всего добивалась сама. А эта вертихвостка устроилась на полставки в больницу и не напрягается. Ей не нужны ни самостоятельность, ни труд. Она хочет въехать в красивую жизнь на шее Леонида, а потом оставить его без всего. Такие девицы это умеют.

Оксаной владели обида и злость. В возрасте Дарины она одновременно работала, училась и растила ребёнка, не рассчитывая ни на чью помощь. Роман вошёл в её жизнь гораздо позже, когда она уже многого добилась. Он был наградой судьбы, а не способом получить всё сразу.

Виноватым Оксана считала даже Николая, приятеля сына. Не позови он Леонида на вечеринку, тот не стал бы заготавливать дрова для костра, не поранился бы пилой и не оказался в больнице в смену Дарины. Тогда они вообще не встретились бы.

— Мы обязаны этому помешать, — решительно объявила Оксана мужу. — Нельзя позволить ей сломать Леониду жизнь.

Роман пытался образумить жену, приводил доводы, но Оксана и слушать ничего не хотела. Наконец он тяжело вздохнул.

— Хорошо, пусть будет по-твоему. Для меня важны ты и твоё спокойствие. Если эта история так тебя мучает, я помогу. Только пока не представляю, что именно могу сделать.

— Спасибо, — ответила Оксана, с нежностью посмотрев на мужа. Он, как всегда, оказался на её стороне. — Ты ведь сотрудничаешь с зарубежными партнёрами?

— Да, — подтвердил Роман, всё ещё не понимая, к чему она ведёт.

— Устрой Леониду длительную стажировку за границей. С глаз долой — из сердца вон, особенно в его возрасте. Там он окажется среди подходящих людей и познакомится с другой девушкой.

— Ты уверена, что вправе так вмешиваться в жизнь взрослого сына?

— Ни капли не сомневаюсь.

Роман согласился. Вскоре Леониду предложили длительную стажировку, от которой было бы глупо отказываться. Английским он владел прекрасно и возможность получить новые знания воспринял с энтузиазмом. Омрачала его только предстоящая разлука с Дариной.

— Время пройдёт быстро, — убеждала Оксана сына. — Зато вернёшься с опытом, знаниями и деньгами. Всё это пригодится будущей семье.

Её доводы подействовали на Леонида. Дарина же, как понимала Оксана, просила его не уезжать и сообщила, что ждёт ребёнка. Это известие едва не разрушило весь план. Оксана встретилась с девушкой и принялась убеждать её: Леониду следует пройти стажировку, а Дарине лучше отпустить его на время и не мешать его развитию — ведь всё это якобы нужно для их общего будущего. Дарина колебалась, и тогда Оксана услышала то, чего опасалась больше всего.

— Но у нас скоро будет ребёнок, — возразила Дарина. — Как он останется без отца?

— Никакого ребёнка нет. Ты всё выдумала, лишь бы удержать Леонида рядом.

— Это правда! — вспыхнула Дарина. На её щеках проступили красные пятна.

Оксана поняла, что прямыми обвинениями может всё испортить, и решила пока сделать вид, будто поверила.

— Допустим, ты действительно ждёшь ребёнка. Тогда стажировка нужна Леониду ещё больше. Ему предстоит стать отцом и содержать семью, а такой шанс выпадает один раз. Ты должна его отпустить ради вашего же благополучия.

Обещания обеспеченной жизни, похоже, убедили Дарину. Она согласилась, что Леониду следует пройти стажировку, а разлуку придётся потерпеть.

Оксана дождалась его отъезда и снова назначила Дарине встречу. Теперь притворяться она не собиралась. В тот момент Оксана всё сильнее напоминала самой себе Людмилу Васильевну. Она наконец поняла женщину, которая много лет назад защищала Святослава, и давняя обида на несостоявшуюся свекровь исчезла. Теперь Оксана поступала точно так же ради собственного сына.

— Вы с Леонидом не пара. Он достоин большего. Оставь его и найди кого-нибудь попроще. Не ломай моему сыну жизнь. Даже если ты беременна, получить всё равно ничего не удастся. У меня хорошие адвокаты.

— Я люблю его. У нас будет ребёнок.

На глазах Дарины появились слёзы. На мгновение Оксана почти поверила ей, но тут же решила, что девушка всего лишь хорошо играет свою роль.

— Если беременность настоящая, советую подумать о прерывании. Родишь и попытаешься чего-нибудь добиться через суд — я отсужу ребёнка и стану растить его сама. Как ни старайся, тебе ничего не достанется. Леонид уехал на много лет. Скоро там ему предложат такую работу, от которой он не откажется. Вокруг него будут совсем другие девушки, не такие нищие оборванки. Он быстро поймёт, что ты ему не пара.

Дарина плакала и пыталась что-то объяснить, но Оксана оставалась жёсткой. Она была уверена, что защищает сына и его будущее, а потому не позволила себе отступить.

Дальнейшее Оксана спланировала заранее. Один из знакомых Романа будто случайно уронил телефон Леонида в реку, после чего тот лишился всех записанных контактов, в том числе номера Дарины. Купив новый аппарат, Леонид сумел найти телефон матери и попросил её разыскать Дарину, чтобы восстановить с ней связь.

Оксана ответила давно приготовленной ложью: Дарина якобы недолго скучала и быстро нашла другого богатого мужчину.

— А наш ребёнок? — спросил Леонид.

— Похоже, ребёнка никогда не было. Дарина выдумала беременность, чтобы женить тебя на себе. Ты уехал — она тут же нашла другого, потому что ждать не собиралась. Работай и учись спокойно, сын. Не рвись домой, здесь тебя никто не ждёт.

Какое-то время Леонид тяжело переживал разрыв. Потом всё сложилось именно так, как хотела Оксана: он познакомился с дочерью делового партнёра Романа, между ними начался роман, а затем состоялась свадьба. Молодожёны остались жить за границей. Там у Леонида хорошо пошли дела, и бросать высокие заработки он не хотел. Жена тоже не собиралась уезжать от родителей. Для Оксаны это выглядело почти исполнением её мечты: сын устроен, рядом с ним подходящая женщина, впереди — обеспеченная жизнь. Только всё это оказалось далеко от неё.

Мечта Оксаны сбылась лишь отчасти. Сын устроил жизнь, но оказался далеко. Они разговаривали по телефону и видеосвязи, иногда Оксана приезжала к нему, однако часто ездить не получалось. Виделись они редко.

Дарина исчезла и больше не пыталась связаться ни с Леонидом, ни с его семьёй. Оксана ожидала, что та станет настаивать на беременности и потребует денег, но ничего подобного не произошло. Это окончательно убедило её в собственной правоте: никакого ребёнка якобы не было, Дарина лишь пыталась захомутать своего принца и отступила, когда замысел провалился.

Прошло десять лет. За это время жизнь Оксаны изменилась до неузнаваемости. Роман внезапно умер от инфаркта прямо на работе, и эта потеря стала для неё тяжёлым ударом. Не стало человека, с которым можно было перекинуться словом, который заботился о ней и делил с ней дом. Оксане казалось, что теперь она никому не нужна и никому по-настоящему не интересна. Одиночество, прежде почти не замеченное ею, навалилось со всей тяжестью.

Леонид приехал проститься с Романом вместе с женой и детьми, но вскоре семья вернулась за границу. Оксана осталась одна в большом доме. У неё были деньги и сколько угодно свободного времени, только ни радости, ни желаний уже не осталось.

С каждым годом сын отдалялся, и дело было не только в расстоянии. Звонил он всё реже, словно исполнял обязательный семейный ритуал. К себе приглашал скорее из вежливости, а приезжать не спешил. Постепенно они стали почти чужими людьми.

Оксана плакала от одиночества и вспоминала, как собственными руками отправила Леонида за границу, уверенная, что спасает его. Она не предполагала, что он останется там навсегда, создаст семью и пустит корни далеко от неё.

Потом у Оксаны случился сердечный приступ. В больнице одиночество стало ещё ощутимее: её никто не навещал и не ждал дома. После приступа она была так слаба, что временами даже до санузла добиралась вдоль стены. Сопроводить её было некому.

Однажды Оксана с трудом поднялась с кровати и вышла в коридор за лекарством, которое медсестра не спешила приносить пациентам. Почти сразу закружилась голова. Перед глазами потемнело, стены поплыли, и Оксана начала падать, будто проваливаясь в яму.

Её удержали хрупкие, но сильные руки.

— Что с вами? Вам плохо?

Тёмные точки перед глазами постепенно рассеялись, головокружение отступило. Оксана подняла взгляд и не сразу поверила тому, что увидела. Перед ней стояла повзрослевшая, всё ещё молодая и красивая Дарина в форме медсестры соседнего отделения. По-видимому, в кардиологии она оказалась случайно.

Дарина тоже узнала её.

— Вы? — удивилась она, помогая Оксане выпрямиться. — Где ваши родные? Почему в таком состоянии вы одна? Так нельзя.

Оксана лишь печально улыбнулась. Дарина довела её до палаты и помогла лечь.

— Я позову вашего врача. Нужно измерить давление.

— Не надо, мне уже лучше. Расскажи лучше, как ты живёшь.

— Обыкновенно. По-прежнему работаю медсестрой, теперь в травматологии.

Перед Оксаной стояла красивая, но очень уставшая женщина. Дарина не вышла замуж за богатого и по-прежнему работала медсестрой. Оксана впервые допустила: возможно, никаких намерений завладеть чужим состоянием у девушки изначально не было. Будь иначе, думала она, Дарина за прошедшие годы наверняка попыталась бы осуществить свои планы с кем-нибудь другим.

— А как Леонид? — спросила Дарина.

Волнение Дарины было заметно. И тогда Оксану прорвало. Она рассказала о жизни сына, о смерти Романа, о пустом доме и полном одиночестве. Оксана сама не ожидала, что выложит всё женщине, с которой когда-то обошлась так жестоко.

Дарина слушала, не перебивая. В её глазах было только сочувствие — ни тени злорадства, которого Оксана могла бы ожидать.

— Вы совсем одна, а вам необходим уход. Так оставлять нельзя. Я ещё зайду сегодня. Помогу добраться до кабинета УЗИ, а потом, если захотите, немного посидим в больничном саду.

Дарина сдержала обещание и после этого стала приходить каждый день. Помощь Оксане не входила в её обязанности, но Дарина всё равно сопровождала её, помогала добираться куда нужно, сидела рядом, разговаривала, шутила и старалась развлечь. Оксана не понимала, чем заслужила такую доброту. После всех давних оскорблений Дарина, казалось, не держала на неё ни злости, ни обиды. Она просто жалела больную женщину, которая осталась одна и нуждалась в помощи.

Постепенно они сблизились. За внешней непохожестью обнаружилось немало общего: обе выросли в деревне, обе в юности столкнулись с тяжёлыми испытаниями и обе сумели выстоять.

Однажды они сидели в больничном саду, когда у Дарины зазвонил телефон.

— Да, привет. Конечно, я в саду, возле яблонь, — ласково ответила она.

Окончив разговор, Дарина убрала телефон.

— По работе? — спросила Оксана.

— Нет, это сын.

— У тебя есть сын?

Раньше Дарина ничего о нём не рассказывала. Вообще о личной жизни она говорила неохотно, и Оксана, замечая это, не задавала лишних вопросов.

— Есть, — ответила Дарина, опустив ресницы. — Я не говорила, потому что…

Закончить она не успела. К ним подошёл мальчик лет десяти — высокий, загорелый, с пронзительными бирюзовыми глазами, точь-в-точь как у Леонида и Святослава. Объяснений больше не требовалось.

Мальчик вежливо поздоровался с Оксаной, а затем рассказал матери, что утром забыл ключи. Вместе с классом он уезжал на экскурсию, вернулся и не смог попасть домой, поэтому приехал к Дарине на работу.

Оксана молча ждала, пока мать с сыном договорят. Когда мальчик ушёл с ключами, она задала единственный вопрос.

— Это мой внук?

— Да, — улыбнулась Дарина. — Я тогда не смогла прервать беременность. Я уже любила его.

Оксана кивнула. Она понимала Дарину как никто другой: сама когда-то оказалась в таком же положении и сделала тот же выбор.

— Тебе, наверное, было тяжело.

— Сначала очень. А когда Денис подрос, совсем другая жизнь пошла. Сейчас у нас всё хорошо.

Но Оксана видела другое. Дарина работала в несколько смен, чтобы прокормить сына и поставить его на ноги. Денис часто оставался один, пока мать разрывалась между больницей и домом. Следы недосыпа и постоянной усталости на её лице не нуждались в объяснениях. Дарина держалась, но ей было тяжело — так же тяжело, как когда-то самой Оксане.

— Дарина, я не знаю, сможешь ли ты простить меня за то, что я тогда наговорила. Но я хочу хотя бы попытаться что-то исправить. Позволь мне стать бабушкой Дениса. Давай мы втроём станем семьёй.

Дарина улыбнулась. В её глазах было столько тепла и радости, что Оксана сразу поняла ответ. С души будто свалился тяжёлый, неповоротливый камень, много лет мешавший ей жить и дышать.