Мать наняла детектива, чтобы сорвать свадьбу сына, но его отчёт спрятала даже от мужа

Шёпот становился всё менее сдержанным, разговор переходил в ссору. Михаил заметил напряжение между женой и её матерью и подошёл к ним.

— Девочки, что за секреты? — весело спросил он. — Идёмте в зал, тамада сейчас новый конкурс начнёт.

Ирина бросила на мать ледяной взгляд и пошла за мужем. Оксана Леонидовна поплелась следом, всё ещё пытаясь осмыслить услышанное. Вернувшись на своё место, она молчала. Весёлый, разговорчивый Степан Матвеевич уже выпил, но на него она почти не обращала внимания.

Она смотрела на невесту. Родная внучка. Максима Оксана Леонидовна тоже любила, только сейчас от вида этой девушки по коже бежали мурашки и неприятно ныло сердце. Это была её внучка, от которой когда-то отказалась она сама.

После свадьбы молодожёны уехали в новую квартиру — подарок Ирины и Михаила. Ларису Ивановну с сиделкой пока отвезли в прежнюю. Уже назавтра её собирались перевезти к молодым: никто не считал, что прабабушка будет им мешать. Оксана Леонидовна уехала со Степаном Матвеевичем, пьяным в хлам; растерянность так и не оставила её до конца вечера.

Дома Михаил без сил опустился на диван в гостиной, а Ирина отправилась переодеваться. Волосы вдруг зацепились за серьгу. Она попробовала освободить их, но стало лишь больнее; распутать не удавалось, оставалось срезать прядь. Ножницы как назло не находились.

— Дорогой, принеси, пожалуйста, мои маникюрные ножницы! Посмотри в верхнем ящике туалетного столика.

— Хорошо, — отозвался Михаил и устало пошёл в спальню.

Ирина ещё раз попыталась отцепить волосы — и вдруг её прошиб холодный пот. Туалетный столик. Верхний ящик. Там ведь папка! За свадебными хлопотами она совсем о ней забыла. Накинув халат и придерживая ухо, Ирина побежала наверх.

В дверях спальни она остановилась. Михаил стоял с раскрытой папкой в руках.

— Ира, что это такое? — спросил он растерянно.

— Да ерунда… — замялась она. — Выбросить надо.

— Я успел кое-что прочесть. Ты собирала сведения о Кате? Что всё это значит?

— Михаил, неважно.

Она потянулась к папке, пытаясь вырвать её, хотя ухо по-прежнему остро болело. Михаил легко увернулся. Тяжело посмотрев на жену, он ушёл в библиотеку и закрылся там с документами детектива.

Срезав запутавшуюся прядь, Ирина стояла у двери и просила его открыть, дать ей объяснить. Нужно было решить, что сказать, но ни одного подходящего слова она не находила. Наконец, потеряв надежду, села на пол. Теперь оставалось ждать.

Дверь открылась лишь тогда. Михаил вышел и потрясённо смотрел на неё.

— Катя — твоя дочь? Ты её родила? — хрипло спросил он.

— Да, — тихо ответила Ирина.

— И отказалась от неё?

— Меня мать убедила.

— Но почему ты молчала все эти годы? Всё это время обманывала меня?

— Я не обманывала. Я боялась, что ты не поймёшь.

— Так я и сейчас не понимаю, как можно оставить свою дочь.

Ирина встала и попыталась дотронуться до его руки. Он отшатнулся, как от прокажённой.

— Мне противно на тебя смотреть, — произнёс Михаил, отчеканивая слова.

Он снова скрылся в библиотеке, на этот раз заперев дверь изнутри. Ирина вернулась в спальню и плакала, пока не уснула. Сколько прошло времени, она не знала.

Утром тяжело было даже подняться с постели. С тяжёлой головой Ирина вышла из спальни. Внизу, как обычно, работали домашние работники, а Михаила не было слышно. Спустившись, она обратилась к домработнице.

— Юля, Михаил Андреевич дома?

— Дома. Во двор вышел.

Ирина поспешила туда. Муж сидел на лавочке возле клумбы, сосредоточенно о чём-то думая. При виде жены его лицо исказилось от брезгливости, и у Ирины всё внутри перевернулось.

— Михаил, поговори со мной, пожалуйста. Я объясню тебе, как всё было, — робко начала она.

— Слушать я не хочу. В бумагах достаточно ясно всё изложено, я понял. Да, мать заставила тебя отказаться от ребёнка. Но мне ты почему за столько лет ничего не сказала? Мы могли разыскать Катю гораздо раньше. Могли хотя бы помогать ей. Твоя дочь нуждалась, понимаешь?

— Понимаю…

— А страшно тебе было только за себя, за своё благополучие. Признай это! — повысил голос Михаил. — И как теперь быть с Максимом? Представляешь, что с ним будет, когда он узнает? Как объяснять, что Катя его сестра? Ведь это лишь половина правды. Ты заставила и меня лгать сыну! Какой матерью ты стала для них? Одну родила и оставила, другого растила во лжи. Всем врала и до сих пор продолжаешь!

— Простите, что здесь происходит?…