Болезнь изменила жизнь овдовевшей Светланы

— Прощай, — дочь поцеловала её.

Дети вернулись в материнский дом. Вскоре туда пришла Раиса Степановна: из окна она заметила бегающего коня, а саней нигде не увидела.

— Что-то вы быстро управились. А сани где?

Только тут она поняла, что произошло. Выбежала, заскочила к себе за полушубком и поспешила к реке. Место, где бывали Света с Димой, ей было известно.

— Только бы успеть, только бы успеть… — повторяла Раиса Степановна.

Сани показались издали.

— Светлана! — соседка подбежала. — Слава богу, живая!

В сани Раисе Степановне пришлось впрячься самой. Кое-как она дотащила Светлану до деревни, а там попросила соседа помочь занести её к себе в дом.

— Ну и прогулки у вас! — удивился он.

— Спасибо тебе. Иди уж, — выпроводила его Раиса Степановна.

— Ладно, пока.

Он так ничего и не понял. Рая уложила Светлану в кровать и видела, как той плохо.

А дети тем временем искали в материнском доме документы: потом понадобилось бы всё оформлять. Среди бумаг нашлась одна, не похожая на остальные.

— Таня, что это? — спросили братья.

— Завещание, — удивилась она.

— Что?

Татьяна прочитала: Гончар Игорь оставлял Светлане свой дом и квартиру. Распоряжаться ими она могла по своему усмотрению.

— Это как понимать? — не разобрались братья.

— К реке, быстро! Пока она там не замёрзла насмерть! Иначе всё нашему дорогому Пашеньке достанется! — крикнула Татьяна.

Они бросились к берегу. Раиса Степановна видела их из окна, затем вошла в дом Светланы, заметила оставленные бумаги и прочитала.

— Теперь ясно, чего они так всполошились, — сказала она, кивая.

Вернувшись, она гладила Светлану по голове.

— Не тревожься ни о чём, Света. Пашенька приедет за тобой.

А у реки дети растерянно оглядывались. Саней не было. Они не могли понять, куда те исчезли.

Павел приехал через три месяца и забрал мать к себе. Городскую квартиру переписали на Раису Степановну, а дом решили пока оставить, до лучших времён.

— Мамочка, я найму для тебя лучших специалистов. Они обязательно поставят тебя на ноги, — говорил Паша.

Светлана смотрела на сына и шевелила пальцами.

— Ничего не бойся, я всем займусь, — обещал он.

Они уехали в другую страну. Там со Светланой начали заниматься специалисты. Через полгода она уже сама пила чай. Понемногу возвращалась речь: слова выходили невнятным шёпотом, но Паше хватало и этого.

Светлана попросила сына:

— Похорони меня в родной деревне, рядом с отцом.

А до тех пор возвращаться туда она не собиралась.