Уборщица спасла больного пса. Но ветеринар увидел странность на его ошейнике

Звонивший отключился. Оксана медленно опустила руку с телефоном. Лежавший у двери Дружок внезапно встал и тихо зарычал, словно понял: тайна больше не оставалась в прошлом, она добралась до них.

Молчание затянулось. Оксана смотрела на погасший экран, будто ещё надеялась на чью-то нелепую шутку. Но сама понимала: исчезновение ящика заметили. Тот, кто знал о тайнике под складом, уже действовал.

— Начиная с сегодняшнего дня вам нельзя оставаться одной, — сказал Максим.

Она подняла голову.

— По-вашему, дело настолько серьёзное?

— Да, — медленно кивнул врач. — Чтобы оставить такую запись около десяти лет назад, нужно было всерьёз опасаться за себя. А сегодняшний звонок ясно говорит: кому-то совсем не нужно, чтобы бумаги снова увидели свет.

Оксана посмотрела на Дружка. Он опять спокойно лежал у выхода, однако держал уши настороже, ловил каждый звук за стеной.

— Нам ведь надо в полицию?

Максим ответил не сразу.

— Пойдём. Только прежде я скопирую все файлы. Даже если сами документы пропадут, доказательства должны сохраниться.

Оксана согласилась.

Наутро, едва она появилась на работе, диспетчер велел немедленно зайти к управляющему. Кабинет был открыт. Перед Павлом Андреевичем на столе лежала тонкая папка; присесть вошедшей он не предложил.

— Ковальчук, на вас жалуются. Уже несколько жалоб, — произнёс он холодно.

— На что?

— Нарушаете правила проживания. Без разрешения держите животное в служебной комнате, где вы с сыном живёте уже почти три года. Используете служебное имущество для личных нужд.

— Собака у меня ненадолго, ей сделали операцию, — спокойно объяснила Оксана.

— Мне это неинтересно.

Управляющий раскрыл папку с распечатанными фотографиями. Оксана застыла: на них были она, Денис и Дружок возле склада. Другой кадр запечатлел, как они уносили ящик. От тревоги стало тяжело в груди. Выходило, наблюдение началось не сейчас — за ними уже давно следили.

— Занятные снимки, не находите? — Павел Андреевич внимательно следил за её лицом.

— Кто вам их дал?

— Это несущественно, — он закрыл папку. — Освободите служебную комнату через три дня.

Оксана почувствовала, как побледнела.

— У меня сын.

— Ваши семейные обстоятельства меня не касаются.

— Сейчас середина зимы.

— Сочувствую.

— Нам идти некуда.

— Раньше об этом надо было думать, — пожал плечами управляющий.

Она несколько секунд смотрела на него, прежде чем тихо спросить:

— Причина в собаке?

— Можно и так сказать, — едва усмехнулся он. — Бывает, люди сами навлекают на себя неприятности.

Продолжать было нечего. Домой Оксана долго добиралась пешком, не замечая снега и проезжающих машин. В памяти звучал отмеренный ей срок: через три дня.

Денис сразу понял, что случилась беда.

— Мам?

Она хотела улыбнуться, но не смогла.

— Мы должны переехать.

Мальчик долго молчал.

— Дружка с собой заберём?

Крепко обняв сына, Оксана ответила:

— Обязательно. Даже если нас нигде не захотят принять. Всё равно заберём.

Пёс словно почувствовал её состояние: подошёл и бережно опустил голову ей на колени. Впервые за долгое время Оксана не стала сдерживать слёзы. Плакала беззвучно, стараясь скрыть их от Дениса.

К вечеру принялись укладывать вещи. Имущества оказалось мало: несколько смен одежды, старые книги, фотография Игоря, Денисовы школьные тетради, посуда с небольшим чайником и старый плед, на котором любил лежать Дружок.

Денис вдруг остановился у окна. Внизу неподвижно стояла знакомая тёмная машина без номеров — будто ждала.

— Мам.

Оксана подошла и тоже увидела её. Спустя несколько секунд загорелись фары; автомобиль плавно выехал со двора и исчез за углом. Ощущение, что на них смотрят, не исчезло.

Поздним вечером негромко постучали. Оксана насторожилась, но за дверью оказался Максим с большой спортивной сумкой.

— Привёз Дружку корм. И ещё кое-что.

Войдя, он подождал, пока Денис уйдёт на кухню.

— Не хотелось бы вас пугать…

Оксана поняла, что хорошего он не скажет.

— Что случилось?

Максим вынул из сумки ноутбук.

— Сегодня пытались взломать наш компьютер в клинике.

— Из-за документов?

— Хорошо, что я заранее сделал несколько копий. Но ведь это значит…

Он умолк. Оба понимали недосказанное: о находке узнал кто-то влиятельный, готовый на всё, лишь бы вернуть содержимое ящика до того, как его получат следователи…