Галя перепутала этажи в больнице, но случайно услышала разговор свекрови с врачом

Ответа не последовало. Светлана молчала, ошеломлённая этой проверкой. Теперь от подозрений свекрови уже нельзя было отмахнуться так легко.

— Вчера и до больницы добралась, с врачом поговорила, — добавила Раиса Петровна. — Оказалось, знакомая моя, Надежда, мы раньше соседками были. Она тоже упёрлась: всё у девочки чисто. А у меня сердце не на месте. Чувствую, с внучкой что-то неладно.

— Простите меня, Раиса Петровна. Я даже не подумала…

Стыдно было перед обеими — и перед дочерью, и перед свекровью. Что она за мать, если очевидного не увидела, ничего не проверила? За бесконечной погоней за заработком заглушила даже собственное чутьё.

— Я с ней поговорю, обязательно, — горячо заверила Светлана. — Сейчас же в больницу поеду. И книжку отвезу.

Телефон весело затренькал, будто подслушал это обещание. Звонила сама Жанна.

— Привет, мам! Через час меня отпускают! — радостно сообщила она.

— Здравствуй, зайка. Мне приехать за тобой? — Светлана прижала телефон к уху.

— Не надо, Дениска доведёт. Ещё до уроков успеет. Врач велел неделю дома посидеть, потом разрешил в школу. Только как я левой рукой писать буду — не представляю.

— А с учёбой как же? — протянула Светлана, словно лишь теперь поняла, насколько всё осложнилось.

— Классная пришлёт то, что пропущу. И тесты Дениске отдаст для меня. Там писать почти не нужно, крестик в клеточке поставить я и левой сумею.

— Ну ладно, зайчик. Тогда жду, — немного повеселела мать. — Сейчас суп и пирожки разогрею.

— Значит, бегом побегу! — рассмеялась Жанна. — Лишь бы опять не навернуться и другую руку не сломать.

— Сплюнь! — невольно вырвалось у Светланы.

Разговор закончился, и почти сразу зазвонил телефон свекрови. Сосед сверху сообщил, что устроил небольшой потоп.

— Пора мне, Свет. Не хватало ещё, чтобы Фёдор Андреевич и мою квартиру залил, — засобиралась Раиса Петровна. — А с Жанночкой лучше вместе с Витей поговорите. Книжку тоже не забудь. — Она постучала по обложке пальцем.

— Обещаю, всё сделаю, — заверила её Светлана.

Жанна вскоре пришла домой с небольшой сумкой, придерживая загипсованную руку. Денис был рядом. Ещё в прихожей оба смеялись: наперебой вспоминали нелепого врача, потом какую-то смешную женщину в подъезде. После больницы дочь выглядела усталой, но голос у неё оставался таким же живым, и Светлана не стала перебивать эту болтовню вопросами, которые с утра не давали ей покоя. Она усадила подростков за стол, поставила перед ними еду. Жанна с Денисом продолжали переговариваться и хихикать, а Светлана слушала, глядя на дочь. Тяжёлый разговор мог подождать: слишком тёплым был этот миг возвращения домой.

Она смотрела на смеющуюся дочь — и услышанное от Раисы Петровны казалось невероятным. Сомнения изводили, не отпускали. За спинами ребят, на хлебнице, лежала тоненькая религиозная книжка.

— До свидания, тёть Свет, — Денис уже натягивал ботинки, торопясь на вторую смену. — Жанночка, про алгебру узнаю и позвоню, какие там тесты. А остальное пока сделай, не то Елена Степановна озвереет.

Ребята обнялись, и он ушёл.

— Мам, я досыпать к себе, можно? Сегодня в больнице спозаранку разбудили, — пожаловалась Жанна. — Потом за уроки сяду, почитаю, что задали.

— Иди, зайка. Если понадобится что-нибудь, позови. Я до вечера дома, потом на работу.

Широко зевнув, дочь достала смартфон и скрылась в своей комнате, прикрыв дверь. Светлана ещё некоторое время смотрела туда. Радость от того, что Жанна вернулась домой, смешивалась с тревогой, которую поселила свекровь, и трудно было понять, какое чувство сильнее.

Поговорить с Жанной в тот день так и не вышло. Сначала дочь отсыпалась после больницы, потом занялась своими делами и уроками. Светлану тоже сморило: перед ночной сменой ей самой нужно было поспать хотя бы несколько часов. Проснувшись, она сразу принялась собираться на работу. До выхода оставалось всё меньше времени, и расспрашивать Жанну было уже некогда.

За полчаса до её выхода пришёл Виктор, помятый и явно сердитый. Светлана робко поздоровалась, обняла его и вдруг почувствовала на одежде женские духи.

— Витя, одеколон сменил? — спросила она, скорее удивившись, чем насторожившись.

— Мне, по-твоему, потратить деньги больше не на что? — Он зло бросил портфель в кресло.

— Запах какой-то непривычный. Будто женский, — сказала Светлана, теребя расчёску, которую хотела убрать в сумку…