Ирина замечала странности дома, но камеры решила установить после слов соседки о ежедневных визитах в её отсутствие

Не знай Олег всей подоплёки, он бы поверил этому горю. Максим держался так убедительно, что его дрожащий голос и слёзы выглядели настоящими.

— Пока остаётся надежда, что это другая женщина, — сказал Олег под конец разговора. — Дно обследуют, насколько возможно, но обещать, что тело найдут, я не могу. Зима, река подо льдом, течение там сильное.

— Понимаю, — печально ответил Максим, вытирая настоящие слёзы.

Вот театрал. Олег даже невольно оценил его игру — и ещё твёрже решил не оставлять этого молодчика в покое.

Новый год Ирина встретила с Олегом, как когда-то прежде. Вместе им было хорошо. За дни, проведённые рядом, она убедилась: любовь к нему никуда не исчезла, а расставание было ошибкой. Олег тоже был счастлив.

Максим тем временем всё меньше сомневался в смерти жены. Осмелев, он начал появляться со Светланой Петровной на людях. Никто там не знал, кем он представлял её Ирине раньше: рядом с ним видели лишь подругу, которая поддерживает его в горе. Находились и те, кто сочувствовал ему: Ирину не вернуть, а жизнь продолжается.

Однажды он опять пришёл к следователю.

— Если тело так и не найдут, когда я смогу получить документы для оформления наследства?

— Наследства? — переспросил Олег.

— Да. Рестораном руковожу, а юридически я там никто. Ещё квартира, загородный дом. У Ирины других наследников нет, всё должно перейти мне. Понимаю, звучит цинично, но мне нужно жить дальше.

Он картинно потупился и вздохнул. Олег объяснил, как обстоит дело: ждать придётся долго. Максиму это явно не понравилось, хотя разочарование он старательно скрывал. Что ж, оставалось ждать.

В последний раз Максим явился к Олегу уже вместе со Светланой Петровной. Следователь всё ещё чувствовал: у этой пары есть секрет, который они не выдали. Обычными разговорами его было не раскрыть.

Идею предложила Ирина: показаться им в образе утопленницы. Олегу это понравилось.

Выяснили, когда Максима и Светланы Петровны не будет дома, и проверили, что ключи в квартире не менялись. Ирину загримировали, и февральским вечером она отправилась в собственную квартиру с Олегом и двумя оперативниками.

В полутёмной комнате Ирина села в кресло. Специальная краска в отблесках уличных фонарей отливала зеленью — она выглядела словно настоящая утопленница. Оперативники установили отдельную включённую камеру и вместе с Олегом скрылись за портьерами. Ночник оставили гореть, чтобы вошедшие сразу увидели женщину в кресле.

Вскоре в замке заскрежетал ключ, послышался женский смех.

— Максимка, сделаешь меня своим заместителем? Надоело администратором горбатиться.

— Скоро, мамочка, потерпи, — расхохотался Максим.

Он прошёл вперёд и замер перед освещённым креслом. Светлана тоже увидела Ирину и вскрикнула.

— Что за чёрт… — пробормотал Максим.

— Здравствуй, дорогой муж, — загробным голосом ответила Ирина. — Любовницу больше не прячешь? Жена лежит на дне, теперь можно расслабиться.

— Сгинь, сгинь, — зашептала Светлана.

— Сгину. Сперва объясните, зачем вам понадобился весь этот цирк.

— Ты… с того света? — шёпотом спросил Максим.

— Холодно, — Ирина вздрогнула.

— Привидение! — ахнула Светлана. — Какой ужас…

— Извели меня. Довольны? — без выражения произнесла Ирина. — Максимка, за что? Я тебя любила.

— А я едва терпел! — зло выкрикнул он. — Из-за денег и жил с тобой. Любил я всегда Светлану.

— Поэтому меня травили?

— Да! Ты должна была совсем потерять рассудок. Признали бы недееспособной, я отправил бы тебя в больницу. Наконец жил бы с любимой женщиной. А ты сама всё упростила.

— Светлана, зачем ты переставляла мои вещи?

— Чтобы ты скорее с ума сошла, — огрызнулась та.

— А матерью зачем её назвал? К чему вся эта выдуманная история?

— Развлекались. И удобно: вдвоём легче было за тобой следить.

— Извели… Рады? — нараспев повторила Ирина.

— Ещё как рады! — злобно вскричала Светлана. — Убирайся уже к своему папаше-недобитку!

— Что ты сказала? — голос Ирины дрогнул.

Максим дёрнул любовницу за рукав.

— Да кому она теперь расскажет, Максимка? — отмахнулась Светлана. — Думаешь, твой папаша сам не вписался в поворот? Мы помогли. Максимка его подрезал — и шито-крыто, свидетелей ни одного. Не лез бы со своими нравоучениями! Увидел нас в городе, раскричался, обещал тебе всё выложить. Он тогда ещё не знал, что роли уже распределены — и ваши, и наши. Мотоцикл был мой. Я хорошо гоняю, но Максимка ещё лучше. Подрезал виртуозно — минус один. Потом мой выход настал. Вкусный чаёк… Ты всё в переживаниях, в своих мыслях. Чаёк своё дело сделал.

— Значит, папа погиб из-за тебя, — сказала Ирина Максиму уже обычным голосом…