Оксана притворилась, что ничего не слышит в наушниках, но мужу позвонили, и она подслушала разговор

— Да когда же это прекратится! Заткни её наконец! — Артём вскакивал с постели вслед за женой, которая, едва держась от недосыпа, снова шла успокаивать дочь.

— Артём, как ты можешь так говорить? — вздыхала Оксана. — Она маленькая. Через это все проходят. У тебя тоже зубы резались, и у меня. Младенец не перестанет плакать по приказу.

— Да плевать мне! Лекарство ей дай какое-нибудь. Я и без того не высыпаюсь. Тебе хорошо: дома сидишь, в любое время можешь прилечь. А я потом на работе как сонная муха.

— Вот как, оказывается! — возмутилась она. — По-твоему, я здесь целыми днями прохлаждаюсь? У меня свободной минуты нет. От плача тоже голова раскалывается, только я не жалуюсь. Если бы лекарством можно было всё решить! Ты ведь обещал попросить Светлану Петровну помочь. Она больше всех внуков хотела. Куда теперь её обещания делись?

— Мама, между прочим, столько всего Вере покупает, — фыркнул он.

— Словно сами мы купить не можем. Мне помощь нужна, а не ещё одни комбинезоны и игрушки. Её никто за язык не тянул. Сама повторяла: «Вы только родите, а я уж подсоблю». Свою маму я бы позвала, да она далеко. А твоя через два дома живёт, не работает. Салоны красоты, разговоры с подругами — вот все занятия. Я ведь всего пару часов прошу, Артём. Разве это много?

— Много. А что мы в её квартире живём, ты забыла? Это, по-твоему, не помощь? Или в тесную съёмную халупу хочешь? Можно ещё к тебе уехать. Как деревню зовут — Берёзовка? Для ребёнка самое место: поля, огороды, кругом алкашня и тоска.

— Я оттуда, — обиженно ответила Оксана. — Меня, значит, плохо воспитали? И неправда, что там всё так. Ты уже на личности переходишь, а я ссориться не хочу. Мне с малышкой тоже трудно, я прошу хоть немного помочь. Давай няню найдём на пару часов в день? Она за Верочкой присмотрит, а я посплю.

— Чем платить будешь? — засопел Артём. — Выйдешь работать — тогда пожалуйста.

— Рано ещё, милый, — попыталась смягчить разговор жена. — Дочке сейчас прежде всего мама нужна. И папино тепло тоже. Я понимаю, тебе тяжело несколько раз за ночь вставать. Потерпи немного, это закончится.

— Конечно, закончится, — тяжело вздохнул он. — Зубы вылезут — живот начнёт болеть. Потом простуды пойдут.

— А ты думал, будет легко? — Оксана погладила его щёку. — С детьми трудно, но и счастья от них столько… Ты же хотел ребёнка.

— Хотел.

Причину его злости Оксана знала: Артём ждал сына. Светлана Петровна тоже мечтала именно о внуке и после рождения девочки сразу отдалилась, избегала лишний раз зайти. Глупое, обидное разочарование муж почему-то вымещал на жене.

Оксана понимала: расположение Артёма проще всего было бы вернуть, родив второго ребёнка, мальчика. Но к новой беременности она совершенно не была готова. К тому же никто не мог обещать, что опять не появится девочка. Она терпела неприязнь и ждала, надеясь, что муж поймёт свои ошибки, примет Веру и счастье вернётся.

Вместо этого Артём отдалялся. Теперь ему не нравилось, как жена выглядит, как плохо дочка произносит слова, как мало похожа на него самого.

— Я решил проверить отцовство, — заявил он однажды.

Оксана сразу поняла, чья это мысль. Последний приход Светланы Петровны едва не закончился скандалом: уже на выходе та будто невзначай заметила, что Вера не похожа ни на одного из родителей. Артём тогда только усмехнулся. Следующие два дня проходил мрачнее тучи, прежде чем заговорить.

— Ты серьёзно? — ахнула Оксана. — Верочку чужой считаешь? У меня, кроме тебя, никогда никого не было. И сейчас нет!

— Все вы одно твердите, — он грубо оттолкнул жену. — А мужчина потом всю жизнь растит не своего ребёнка. Меня за дурака не держи.

— С чего ты это придумал? — Она опустилась на стул, уже понимая бесполезность спора.

— Посмотри на неё. Мы оба темноволосые, а она светлая. У нас глаза голубые и серые, у неё карие. И вообще ничего моего в лице.

— Артём, дети меняются. Я тоже светленькой была, потом волосы потемнели. А глаза? Вера — вылитая моя мама. В семье черты и через поколение передаются.

— Вот была бы она вылитая моя мама, я бы молчал. Что Вера твоя — тут вопросов нет. А моя ли?

— Как у тебя язык поворачивается…

— Давай без ссоры, — перебил Артём. — Бояться нечего — соглашайся на тест. Мне нужно убедиться.

— Убедиться? Значит, я все эти годы тебя обманывала? Люди в браке должны доверять друг другу, Артём.

— Доверяй, но проверяй. Можешь не соглашаться, я всё равно проверю. И не дай бог окажется…

— Проверяй! — Оксана схватила футболку со спинки стула и швырнула в мужа. — А когда поймёшь, что ошибся, что делать будешь? Извинишься? Станешь к нам с дочкой лучше относиться?

— Я и сейчас нормально отношусь.

— «Нормально» — как удобно. Ребёнку отцовская любовь нужна, а не твоё «нормально»…