Оксана притворилась, что ничего не слышит в наушниках, но мужу позвонили, и она подслушала разговор

— Есть, — улыбнулась Оксана.

— Тогда в администрацию загляни. Они уже на стены лезут, человека никак подобрать не могут.

— Рада бы, только Веру с кем оставлять? Мне бы дома работать, как мама работала.

— С дочкой поможем, не бойся. Няньку тебе быстро подыщу, да и сама могу побыть. Пятерых подняла, внуков постоянно везут — с детьми справлюсь. Ты не стесняйся, милая. Тебя тут помнят, хорошо о тебе отзываются, а маму твою как любили! Станешь для деревни трудиться — не оставят без помощи. А сейчас иди к Гончарову внуку.

Оксана взяла Веру за руку и повела к реке.

От прежнего дома среди ив остались обгорелые стены. Чёрный остов нависал над рекой, и на фоне зелени казалось, что пожар случился совсем недавно. А ведь когда-то в Берёзовке не было дома богаче: угрюмый дядя Степан заработал своё состояние на разведении домашней птицы.

В нескольких десятках метров от пожарища достраивали кирпичный особняк — новый, современный, непривычный среди деревенских домов. В грузовик летели обрезки досок и мешки со строительным мусором. Другие рабочие, громко переругиваясь, ставили опоры для забора.

— Здравствуйте! Где бы мне найти хозяина? — Оксана помахала одному из мужчин.

— Хозяина? — Высокий, широкоплечий мужчина в испачканной раствором спецовке оглядел её и Веру. На загорелом, приятном лице появился такой явный интерес, что Оксана покраснела. — А по какому делу? Раньше я вас здесь не встречал.

— Я вчера приехала. Мы теперь вдвоём с дочкой будем жить там, на горе, в мамином доме, — она показала рукой.

— Вы дочь Раисы Григорьевны? — Он отряхнул руки.

— Так вы знакомы были?

— Немного, к сожалению. Она перед смертью успела подготовить для моего участка вишни и груши. А вас, кажется, я на похоронах видел.

— Я Оксана, а дочка — Верочка. Маму я очень любила… Теперь хочу продолжить её дело.

— Хорошее дело задумали. А меня зовут Виктор Гончар. — Сняв кепку, он подставил солнцу огненно-рыжие волосы. — Здесь мой дед жил. После его смерти местные хулиганы спалили дом. Вот и я пытаюсь восстановить то, что от него осталось. Перебрался сюда больше года назад, теперь стройку заканчиваем.

— Так это вы хозяин! — Оксана рассмеялась. — Простите, я решила, что вы здесь работаете.

— Правильно решили, — усмехнулся он. — Извиняться не за что. Дом сперва своими руками построй, а уж потом хозяином называйся. Я ребятам помогаю, насколько могу. После целой жизни в офисе нелегко было привыкнуть, зато работа быстро всё расставила по местам. Так что вас привело, Оксана?

— Тётя Нина, Нина Бондарь, посоветовала к вам обратиться, — смутилась она. — Мне бы помощи попросить.

— Если справлюсь — помогу. Давайте лучше в дом. Жарко, вы, наверное, пить хотите. Девочка совсем вспотела.

— Спасибо.

Он махнул рукой, приглашая идти следом. Даже без отделки крыльцо выглядело внушительно: в нём уже угадывалась тяга к городскому шику.

— Только не испачкайтесь, грязи пока хватает. Внутри, правда, почти закончили.

Виктор открыл дверь. За порогом Оксану охватила приятная прохлада, пахнувшая лаком и свежей водоэмульсионной краской. На первом этаже мебели было немного, но каждая вещь выглядела стильно и на удивление уместно в деревенском доме. Простота здесь уживалась с роскошью.

— До чего у вас хорошо! — присвистнула Оксана.

Вера уже кинулась к большому дивану.

— Верочка, куда ты?

— Да пускай резвится, — рассмеялся Виктор. — Мы ведь мебель покупаем не для красоты, а чтобы пользоваться. Чем вас напоить? Лимонадом, холодным чаем? Пиво тоже есть.

— Нет-нет, я не пью.

— Тогда, может, квасу? Соседка принесла.

— Мне квас! — с важным видом объявила Вера.

— Договорились. Устраивайтесь, сейчас принесу.

Оксана села возле дочери. Через огромное окно открывался молодой сад, и она с восторгом разглядывала его. Между ним и рекой стояли старые ивы, а по краям приживались плодовые деревца. Ровные стволы, характерная обрезка веток, даже оттенок коры — во всём узнавался мамин почерк.

— Прошу к столу. — Виктор поставил поднос с напитками и бутербродами. — Теперь рассказывайте, что нужно сделать.

— Неловко вас обременять… — Оксана смотрела, как жадно Верочка пьёт холодный квас. — У меня проводку надо проверить и подправить. Я в ней совсем не разбираюсь. С виду всё нормально, только для моих цветов нужны мощные лампы. Старые провода могут не выдержать. Тропические растения без подсветки оставлять нельзя, ещё оборудование влажность и температуру поддерживает. Боюсь короткого замыкания.

— Вы здесь тропические растения разводите? В деревне? Вот уж интересно!

— Это моя жизнь, любимое занятие. Хочется начать заново, но зачем отказываться от того, что радует? У вас стройка, ремонт… Может, найдётся мастер? Разумеется, я заплачу.

— Дом у Раисы старый, — задумчиво произнёс Виктор. — Могу кого-нибудь отправить, могу сам взяться, только работы, видно, много. Надо сперва посмотреть. После обеда зайду, вам удобно?

— Да, конечно, — улыбнулась Оксана. — Заодно скажете, сколько это будет стоить. Денег у меня немного, но…

— Вот о деньгах не беспокойтесь, — перебил он. — Я вашей маме за деревья так и не заплатил. Думаю, смогу оплатить всё, что потребуется.

— Ну что вы, мне неудобно!

— Перестаньте. Долг-то мой. Вот и сочтёмся.

— А вы здесь совсем один живёте? — неожиданно спросила Верочка…