Светлана лишь смеялась, когда мать переоформила её коттедж на отца, пока случайно не подслушала разговор

Большинство собравшихся ждали вестей о семье. Услышав, что все четверо живы, они выдохнули. Лишь двое молодых людей держались в стороне; один робко спросил о девушке.

— Мне жаль. Мы не смогли её спасти. Примите соболезнования, — ответил им тогда Виктор Петрович.

Кто-то из родных спасённой семьи заметил, что нечего было гнать на такой скорости: сама виновата. Остальные согласно закивали. Двое парней молчали. Тот, что задал вопрос, подошёл к приятелю. Второй стоял белый, как мел. Друг потянул его за руку к выходу, и уже возле двери он обернулся к врачу — словно волк сверкнул глазами.

— Вот это и был Максим, — сказал Виктор Петрович. — Теперь старше, возмужал, выглядит по-другому. Но я уверен.

— Неужели столько лет прошло, а он всё ещё так это переживает? — прошептала Светлана. — Только тебе за что мстить? Оперировал ведь другой человек.

— Богдан оперировал. Я вышел как заведующий и объявил результат. Между прочим, жаловаться на больницу тогда никто не стал.

— Значит, годами носился с местью, — задумчиво проговорила Людмила Петровна. — А виноватого назначил сам.

— Похоже, потому и решил со мной рассчитаться, — кивнул Виктор Петрович. — Хотя врачебной вины там не было. Теперь мы хотя бы примерно представляем, чего от него ждать. Пока подождём, девочки.

Обе согласились кивком.

Примерно через полчаса после этого разговора позвонил Максим.

— Ты где вообще? — непривычно грубо спросил он.

— К родителям приехала, — спокойно ответила Светлана.

— Зачем? Так соскучилась? Почему уехала, ничего мне не сказав?

— Вдруг захотелось, вот и поехала, — хмыкнула она.

Разговаривать с ним без прежних чувств оказалось удивительно легко. Услышанное в библиотеке перечеркнуло всё.

— Тогда и я скоро приеду, — после раздумья сказал Максим. — С твоим отцом поговорить нужно.

— Он тоже собирался с тобой поговорить.

— Вот как? — усмехнулся муж. — О чём это?

— Приедешь — поговорите. Зачем сейчас загадки друг другу задавать?

Светлана закончила звонок первой. От его голоса осталось одно омерзение. Она помнила ту усмешку в библиотеке, слова о горах и ребёнке, пренебрежение, с которым муж отзывался о ней. Ждать встречи оставалось недолго.

Максим ехал той же трассой, по которой несколькими часами раньше проехала жена. Дорогу он не выпускал из внимания и выглядел спокойным. Только в голове бушевала буря: опять возвращалось то, что годами не давало ему покоя.

Ирина была его одноклассницей, их первой любовью — взаимной. После школы они даже попробовали жить вместе. Девушка росла в простой семье, и Геннадий Олегович считал, что сыну она не пара. В отношения он не вмешивался: думал, Максим наиграется и оставит её. Но Максим купил Ирине кольцо, а они уже мечтали о свадьбе.

Домашняя, милая Ирина любила его и готова была идти за ним на край света. Он отвечал ей взаимностью, хотя вниманием других девушек не пренебрегал. За такими парнями из золотой молодёжи девчонки табунами ходят.

Тогда Максим увлекался ночными гонками. Ирину они пугали до ужаса, однако спорить с любимым она не решалась и порой даже ездила с ним. В тот вечер гонок не было: он предложил прокатиться подальше от города.

Ехали долго. Максим подрезал машины, резко перестраивался; рядом то и дело взвизгивала Ирина, закрывая ладонями лицо. Он лишь снисходительно улыбался: с ним-то бояться нечего, он почти профессиональный гонщик, своё дело знает.

На обгоне всё должно было получиться. Помешало то ведро с болтами — старая машина. И куда их всех понесло ночью? Удар, звон стекла, скрежет металла, визг тормозов. И ещё один крик — Ирины, сидевшей рядом.

Он увидел, что в Ирину попал большой осколок стекла, и сразу подумал: отвечать придётся ему. Отец, конечно, поможет, но насколько? Максим называл это инстинктом самосохранения. Он мгновенно сообразил, что будет, если перетащить Ирину на водительское место, а самому перебраться на пассажирское. Каким-то чудом он так и сделал.

Подбежавшие люди застали за рулём девушку. Кричали, ругались: какого чёрта баба села водить! Но, разглядев её состояние, побежали за аптечкой — пытались хоть чем-нибудь помочь. Максим оставался в оцепенении.

После приезда скорой и полиции он позвонил Ярославу, коротко сообщил об аварии. Они хорошо дружили, вместе гоняли по городу. Ярослав обещал приехать в больницу. У самого Максима оказались только ссадины, из приёмного покоя его сразу отпустили. Там друг его и нашёл…