За месяц до свадьбы Ника подслушала отца и жениха в мастерской, но не дала им договорить

Ранним утром, по холодку, пока улицы ещё пустовали, начинающая автоледи выехала за город. На старом заброшенном автодроме она провела весь выходной. Терпеливо отрабатывала движение с места, остановку точно перед обозначенной линией, правый и левый поворот с правильным сигналом. И наконец ухватила за хвост ускользавшую уверенность: получится у неё, обязательно!

Теперь оставалось проделать то же самое на городских улицах. Вот тогда все узнают Веронику Гончар! Повеселевшая Ника взглянула на вечернее солнце — оно и само словно утомилось за день — и уселась на своё вполне законное место водителя. Сейчас она с шиком подкатит к подъезду. Ещё и посигналит, чтобы кое-кому, кто не слишком-то верил в её способности, стало стыдно.

Она радостно хмыкнула, повернула ключ и удивлённо наклонила голову. Привычного урчания не последовало: машина издала несколько глухих странных звуков и умолкла. Ника попробовала снова, потом ещё. Губы у неё зашевелились, словно и так можно было помочь автомобилю очнуться. В ответ — тишина.

— Вот и влипла, — заключила она, глядя на погасший телефон: заряд кончился совсем.

Страх пока был негромким, но уже ощутимым; он словно полз по щеке, щекоча и покалывая. Папе она даже не сообщила, куда собирается. Может, он встревожится, начнёт рассуждать и догадается, где искать непутёвую дочь, решившую побыть независимой автоледи. Но и на такую догадку потребуется время.

А она сидела посреди огромного автодрома, через старое покрытие которого пробились трава и маленькие деревца. С каждой минутой место казалось всё более глухим и заброшенным. В густеющих летних сумерках незаметные днём вещи росли и становились угрожающими. По краям площадки высились тёмные деревья, и тени от них ползли к машине как живые.

В развалинах кирпичной постройки что-то шуршало и двигалось. Ржавая эстакада посреди автодрома теперь напоминала затаившегося зверя. С её живым воображением недолго было почувствовать себя посреди мира после катастрофы. Большой город находился совсем рядом, трасса — в нескольких километрах, но ни городского гула, ни шума дороги почему-то не доносилось.

Хватит выдумывать ужасы. Надо запереть машину и идти к дороге. Ника принялась выполнять собственный смелый замысел и успела отойти на добрых 50 шагов.

Через несколько минут она уже метнулась обратно. Забилась в салон, заблокировала двери, сжалась в комочек и слушала тяжёлый, сбивчивый стук своего сердца. Хватило нескольких мелькнувших в кустах теней: ей показалось, будто они только её и поджидали.

Господи, что же теперь делать? Как страшно… Вот и научилась ездить. Похоже, воспользоваться этим умением больше не придётся.

Она не знала, сколько времени просидела так, зажмурившись и не смея поднять голову. Всё ждала: сейчас стукнут в стекло прямо над ней, а затем туда заглянет кто-нибудь ужасный.

И стукнули.

Не так громко, как мерещилось, даже деликатно. Зато настойчиво. Стук повторялся, и Ника всё-таки заставила себя посмотреть вверх. За окном действительно было человеческое лицо. Она прищурилась: ни перекошенной гримасы, ни оскаленного рта, ни вытаращенных глаз. Обыкновенное лицо, пожалуй, даже симпатичное. Незнакомец улыбался — спокойно, по-доброму.

Переведя дыхание, Ника приоткрыла окно.

— Вы там в порядке? А то я уже волноваться начал, всякое бывает. Что сидим? Отдыхаете или как?

— Скорее уж «или как», — выпалила она. — Не могу отсюда уехать. Машина не заводится, сломалось что-то, наверное.

— Тогда капот открывайте. Если, конечно, вы не собирались здесь до утра оставаться, — весело предложил незнакомец.

— Да нет же, вовсе не собиралась, — пробормотала Ника.

После пережитого страха чувство юмора, похоже, ей отказало. Зато у незнакомца с ним всё обстояло прекрасно. Он склонился над капотом:

— Вот уж не ожидал в такой глуши встретить этакое чудо! А имя у чуда есть?

— Ой, модель я точно не вспомню. Иномарка… — растерялась она.

Старая машина, местами тронутая рыжиной ржавчины, никак не тянула, по Никиному разумению, на чудо.

— Вообще-то я хозяйку имел в виду, а не автомобиль.

Он посмотрел на неё поверх машины, смущённо улыбнулся и снова скрылся в её недрах. Оттуда вскоре послышалось:

— Потрясающе, ничего подобного ещё не встречал! Вот бы выяснить, сколько ей лет.

— 22, — почему-то обрадованно сообщила Ника.

Такой неприкрыто лицемерный комплимент ещё надо было переварить. Парень явно перестарался со своими восторгами. Но тут над капотом вновь появилось его удивлённое лицо…